Никита Анисимов Никита Анисимов Для Кубы начался обратный отсчет

Наследники кубинской революции за годы санкций научились жить в условиях перебоев с электричеством, нехватки бензина, даже дефицита продуктов и лекарств, но вот бороться со своим географическим положением они не в силах.

7 комментариев
Сергей Миркин Сергей Миркин Европа наступает на те же грабли, что и в 1930-е

Европейские политики не будут участвовать в создании единой архитектуры европейской безопасности, хотя именно этого ждут их избиратели и именно это объективно нужно сейчас большой Европе, включающей Россию.

10 комментариев
Юрий Мавашев Юрий Мавашев Против кого создают «мусульманское НАТО»

На Востоке происходит очевидное перераспределение сил. По его итогам определится общая конфигурация и соотношение потенциалов региональных и внерегиональных игроков в Восточном Средиземноморье, Персидском заливе и Южной Азии.

0 комментариев
23 января 2020, 17:30 • Вопрос дня

Почему сложно поймать «телефонных террористов»?

Почему сложно поймать «телефонных террористов»?
@ Марина Лысцева/ТАСС

По России движется очередная волна сообщений о ложных минированиях. С конца 2019 года полицейские и специальные службы проверили уже более 16 тысяч объектов. В МВД неоднократно указывали, что часто подобные сообщения поступают из-за рубежа. А если точнее, то, как правило, с Украины. 

«Мы можем говорить, что есть система со стороны определенных сил на Украине постоянно нас тренировать с точки зрения общественной безопасности», – говорил замглавы министра внутренних дел Игорь Зубов.

Однако определить источник сообщения с развитием цифровых технологий все сложнее, из-за чего падает и раскрываемость таких дел. На это указывает официальная статистика МВД. В 2018 году следователи нашли больше половины ложных «минеров»: было раскрыто 797 дел из 1530. Год спустя дела ухудшились – за январь – ноябрь 2019-го две трети ложных сообщений так и остались безнаказанными (1475 из 2187 случаев). 

Во всем виноваты новые технологии. В 90-е телефонным терроризмом занимались в основном уволенные сотрудники, обозленные на школу или вуз ученики, просто различные желающие насолить кому-либо. Вычислить таких хулиганов не составляло никакого труда – достаточно было просто узнать номер звонящего. 

Затем ситуация ухудшилась. Число звонков росло, и в Госдуме сначала разрешили полицейским без суда запрашивать у мобильных операторов номер абонента и блокировать его, а затем еще и ужесточили 207-ю статью УК, посвященную ложным минированиям – с декабря 2017 года за них можно сесть на пять лет. А если вдруг из-за сообщения кто-то погиб – то и на 10.

С недавних пор даже школьники знают, что номер теперь можно подменить – это позволяют сделать технологии IP-телефонии. Три года назад в Госдуме задумывались о том, чтобы штрафовать операторов за подмену, однако закона из проекта не получилось – чисто технически перекладывать всю вину на операторов было неправильно. Все потому, что при любом телефонном звонке вызывающей стороне присваиваются два разных идентификатора – первому, он называется ANI (Automated Number Identification), оператор выставляет счет за услуги, а второй – Caller ID – высвечивается на устройстве абонента. Так вот – менять первый противозаконно, а что касается второго, то тут возможностей гораздо больше. Поскольку у операторов нет обязанности соотносить два этих идентификатора, они этого, как правило, и не делают. 

В связи с этим на рынке сейчас обилие абсолютно разных программ и мобильных приложений, позволяющих манипулировать с номером телефона – вплоть до выбора произвольного. И все они законны. Если упрощать, то схема следующая – человек звонит со своего номера, со своей сим-карты, а приложение, используя специальные протоколы IP-телефонии, отправляет на принимающее устройство сигнал с другим Caller ID – и все. Некоторые программы и вовсе предлагают замаскироваться под один из контактов телефонной книги – ради шутки позвонить маме от лица бабушки, например. В ноябре 2018 года, когда по Москве прокатилась серия «минирований» торговых центров, правоохранители выяснили, что все звонки шли с номера пенсионерки из Балашихи – злоумышленники действовали по тому же принципу. 

Однако возникает вопрос – если оператор отслеживает первый идентификатор, ANI, то почему не удается вычислить звонящего? Удается – полицейским достаточно сделать запрос, и источник звонка будет открыт для них. Но это работает только с  «минерами», подменяющими номер с использованием своей сим-карты. 

Другие же пользуются услугами операторов-посредников – таковых в интернете довольно много. Звонок идет либо через фиксированный коммутатор оператора, либо через принадлежащий ему шлюз с сим-картами различных компаний. При этом многие их этих посредников не сохраняют никаких данных ни о звонках, ни даже об абонентах. То есть найти «минера» будет очень сложно. Зацепки могут быть в виде банковских карт или сохранившегося IP-адреса.

«IP-провайдеры даже предоставляют данные: да, вот с такой-то карты производилась оплата, с такого-то IP-адреса осуществлялся звонок. Но потом выясняется, что эта карта похищена, скомпрометирована или выпущена где-то на кокосовых островах, а IP-адрес первый из цепочки тоннелей, зашифрованных в разных странах мира», – заявил газете ВЗГЛЯД заместитель руководителя лаборатории компьютерной криминалистики Group-IB Сергей Никитин.

Кроме того, в последние годы стал популярен способ минирований через почтовые рассылки с письмами-угрозами. Нынешние «минирования» проходят как раз по схеме. Злоумышленники сначала используют специальные бот-программы, чтобы собрать базу из email-адресов различных учреждений – защита от таких ботов есть далеко не на всех сайтах, затем заводят аккаунт на каком-нибудь славящемся своим шифрованием почтовом сервисе и отправляют письмо. 

Интересно, что один из таких почтовых сервисов в декабре 2019-го зарегистрировался в российском реестре организаторов распространения информации и согласно соответствующему закону обязан хранить все данные пользователей и по запросу передавать их госорганам. 

Между тем в правилах приватности, указанных на сайте сервиса, говорится следующее: «Мы не подчиняемся требованиям каких-либо структур, кроме властей Голландии. Если мы получим запрос от любого иностранного представителя власти, мы откажемся выполнять требования и вместо этого посоветуем делающему запрос обратиться с формальным заявлением о сотрудничестве к властям Голландии».

То есть, строго говоря, полицейским нужно будет сначала получить разрешение от голландских властей, затем направить его оператору почтового сервиса, и тогда, возможно, будет какой-то результат. И то – при условии, что удастся уложиться в  короткий срок. При таких условиях на передний план выходят даже не компетенции следствия, а скорее качество международных отношений и возможность быстрого обмена данными между странами.