Глубокий тыл спецоперации. Как Забайкалье ждет своих героев

– Гойда, береги Россию! Гойда, в этом наша сила! – поют артисты в новом камуфляже.

На сцене драмтеатра – «Забайкальские узоры», государственный музыкальный театр национальных культур. В Чите открывают «Форум СВОих» – торжественно, при полном зале, с соответствующим репертуаром: «К северу тайга. Моря да юга. Наши береги берега!» Награждают вернувшихся с фронта. Поминают «тех, кто может говорить с нами только в наших мыслях и в сердцах». А прежде всего подводят очередные итоги спецоперации. Не столько для передовой, сколько для страны в целом.

– От многих [идеологических] вещей, которые 30 лет концентрировались вокруг новой России, нам, слава богу, пришлось избавиться, – говорит Александр Осипов, губернатор Забайкальского края. – Оказалось, что все это, навязываемое извне, – вранье, и нас просто хотели скушать. Оказалось, что многое, что мы делали сами, было правильно. А что-то – может быть, не совсем. Сегодня давайте поговорим и об этом, хорошо?

На форуме, впрочем, больше говорили даже не о том, как побеждать в СВО. А о том, что делать после победы.

– Мы – глубокий тыл спецоперации, – характеризует Забайкальский край губернатор Осипов. – Мне кажется, глубина тыла определяется не только расстоянием от фронта, но и тем, насколько глубоки сами люди, помогающие воинам. И тем, насколько глубоко люди думают о том, как будут жить воины, которые принесут нам победу. Чем они будут заниматься на гражданке. И что может, должен предложить им нынешний тыл для долгой, хорошей, классной мирной жизни.

* * *

– Насколько вам комфортно в гражданской жизни? – спрашивает Андрей Козлов, забайкальский журналист и ведущий «Форума СВОих», молодого человека в штатском костюме с золотой звездой на лацкане.

Балдан Цыдыпов появляется на сцене уже после открытия основной сессии: задержка вызвана стараниями читинцев, желающих сфотографироваться с Героем России на ступенях драмтеатра и взять у него автограф.

13 Героев России за спецоперацию – едва ли не больше всего в России, если считать по регионам. Впрочем, Забайкалье даже после всех армейских сокращений оставалось одним из самых воинских субъектов РФ. Что называется, и в радости, и в горе. Опустевшие многоэтажки с выбитыми стеклами, постоянно встречающиеся от Читы и до китайской границы, – это бывшие советские военные городки.

– Наверное, такая заброшенность – символ того, что бывает, когда военные уходят, – рассуждает журналист Козлов. – Для Забайкальского края это очень болезненная история – да и для меня как для сына офицера. Сегодня благодаря СВО мы наконец-то стали признавать ключевую роль военных для нашего государства – ту же роль, что играют для нас учителя, врачи, ученые…

– По существу заданного мне вопроса, – отвечает Герой России Цыдыпов, – докладываю, что я прохожу курс обучения в одной из военных академий. Так что о гражданской жизни, несмотря на костюм, мне говорить пока, наверное, рано.

Цыдыпов спас полторы сотни однополчан, был тяжело ранен, долго лежал в госпиталях. В общем, понятно, почему аплодисменты Цыдыпову длились долго, почти минуту.

* * *

– Деньги берем на мясо, – объясняет Вера, жительница Красночикойского района Забайкальского края, показывая на кружку с надписью «Обеды для Победы». – Все остальное мы собираем сами.

Остальное – это продукты для сублимированных супов, которые из Красночикойского района уже третий год идут в зону СВО. Один пакет высушенного набора – кастрюля в пять литров. Выбор – помимо прочего – домашняя лапша, борщ, щи или каша гречневая с рыжиками.

– На круг уже 70 тыс. таких пакетов отправили, – говорит Вера. – Недавно еще одну технологию освоили, не простых, а термопакетов – так тех пока меньше 20 [тыс.].

Меню термопакетов еще разнообразнее. Хочешь – свинину с горохом, хочешь – котлеты из горбуши или минтая с булгуром, а можно гречку с говядиной и грибами. «Разогреть содержимое можно разными способами», – написано на термопакете. Помимо просто вынуть и сварить – «положить пакет на любую горячую поверхность» и даже «положить во внутренний карман одежды и нагреть его теплом».

– Напишите, что на форуме не все наши супы-борщи-котлеты представлены, – наставляют красночикойские активистки. – У нас к ребятам только что транспорт был, а тут в Чите новое уже показываем, что сделали.

– Как раз вернулась оттуда, – подтверждает активистка Виктория с позывным Кедровка. Забайкальцы воюют во всех новых регионах, так что легче сказать, где она с красночикойскими пакетами не побывала.

– По разовым случаям – кто-то что-то написал в соцсетях или в прессе, а мы увидели и отреагировали – так никакую системную работу не построить, – говорит губернатор Осипов. Дискуссия подошла к вопросам реабилитации и – шире – обустройства жизни для тех, чьи возможности после возвращения с фронта оказались ограниченными.

Стенды с медицинской реабилитацией – наиболее востребованные на «Форуме СВОих». Например, сержант Петр живет под Читой, вернулся в прошлом году. Петру нужен хороший протез для плавания.

– Я кандидат в мастера был, – говорит он. – У нас недавно появились такие протезы, причем свои, российские. Мне бы не помешал. Бассейн у нас есть, там ждут, готовы со мной работать.

Оставалось понять, по какой статье это приспособление следует провести. Понятно, что для бойца в любом случае бесплатно. Но он не профессиональный пловец, в паралимпийцы не собирается, стало быть, простым путем не пойти. Для этого подключается соцфонд – их стенд размещен здесь же, на форуме, – и решение для Петра находится довольно быстро. Но на третий год СВО в отношениях страны и ее воинов «хотелось бы какого-то автоматизма, причем здорового», как это формулирует Петр.

– Во многих случаях нам всем еще предстоит найти формы работы, найти виды постоянной взаимосвязи, – подчеркивает губернатор Осипов. – Да и собираться нам (он окидывает взглядом зал со сцены) надо бы с некоторой регулярностью. Чтобы мы видели: все ли охватываем или нет.

– Вы чувствуете, что нас всех в этом вопросе куда надо тащит? Или нет еще? – спрашивает журналист Козлов.

– Я вижу, что сам Бог и сама история меняют нас, – отвечает губернатор. – Это абсолютно очевидно. У нас есть огромное количество людей, в которых разбужено главное, фундаментальное, 1200 лет обеспечивавшее нам жизнеспособность вопреки любым обстоятельствам. Эта энергия, разбуженная людьми внутри себя, поддерживающая отсюда тех, кто находится в смертельной опасности, – она все меняет. В городе можно жить на одной лестничной клетке и годами, десятилетиями не знать, как соседа зовут. У нас же, не дай бог, ранило человека… Или просто ситуация на каком-то участке, там, где кто-то из наших, осложняется – так все соседние деревни знают, переживают.

– Мы не собираемся относиться к СВО в режиме «пусть идет, пусть течет как попало», – говорит Людмила Михайловна из Краснокаменска. У нее и товарок по медицинскому сообществу «МыVместе» – «ничего удивительного», как говорят они: перевязочные и операционные наборы. Но, как и супы, на фронт идут годами. И тоже десятками тысяч.

– Мы хотим максимальную пользу фронту принести, – продолжает Людмила Михайловна. – И приносим ее.

* * *

– Шестеро уже, – поправляет Алексей Лутов, предприниматель из поселка Атамановка, что неподалеку от Читы. – В начале СВО пятеро детей было, да.

Алексей Александрович – идеальный положительный герой. Профессия у Алексея – строитель, причем сельский. Недавно Лутовы выиграли федеральный конкурс «Большая семья – опора России» в номинации «Труд». Суровые условия Забайкалья – даже около краевой столицы – в ассортименте.

Как волонтер Алексей делает окопные свечи. Тема не новая, в отличие от исполнения. Ну и обороты тоже – предприниматель открыл небольшой цех. Финансирует производство когда сам, когда с помощью соседей и союзных ИП. У руководства региона Лутов тоже на глазах и на слуху, так что помощь есть и сверху.

И есть чему помогать.

– Фитиль брезентовый, – показывает Лутов сложенные треугольники, разместившиеся в жестяной банке. – Надежнее картонного. И зажигать опять удобнее, если потухла или просто надо потушить, а потом снова зажечь.

Еще Алексей делает печки – для блиндажей, окопов и для разведки. В марте на предыдущем форуме в Забайкалье – не «как жить после победы», а просто про СВО и вокруг спецоперации – разработки Лутова организаторы оценили высоко, вплоть до «надо патентовать». На это у волонтера из Атамановки времени нет, зато есть серийные образцы. Легкие печки, внутри – те же свечки. Отправка в месяц на СВО – до полусотни штук.

– Тут смесь интересная, – говорит Лутов про начинку окопной свечи. Действительно, целое искусство, чтобы лишнего не дымила, ясно светила и хорошо грела. Чуть того, капельку этого. И, конечно же, воск и парафин. Много воска, много парафина; в обычном хозяйстве столько не бывает.

– Здесь батюшки помогают, спасибо им, – благодарит Лутов.

В отдельной емкости лежат сотни огарков церковных свечей. Рядом – еще одна, с готовой смесью для свечей окопных. Несколько таких в одной печке от Алексея из Атамановки – до шести часов тепла бойцам. Бездымного тепла, как необходимо.

* * *

– Мне кажется, – говорит Осипов, – Забайкальский край – это хорошее место для жизни после победы.

Осипов стал губернатором пять лет назад. На банальный вопрос, чем гордится за пятилетку, отвечает, что должностным лицам чем-то гордиться не с руки:

– Надо выполнять свою работу. Понимать и оценивать, сделана ли работа или не сделана. Какая сделана хорошо, какая похуже, какой надо побольше позаниматься. Я за системное развитие, тем более когда мы ведем речь не о каком-то отдельном заводе, павильоне или даже о малом населенном пункте.

Речь, напоминает Осипов, идет об огромном крае, входящем в десятку крупнейших по территории. Крае, где пролегает одна из самых грузонапряженных дорог в мире. Где протяженная граница первой и четвертой мировых экономик – Китая и России. Где ископаемые ресурсы, возобновляемые ресурсы, 8 млн гектаров сельхозплощадей, из них 2 млн пашни…

– Здесь надо вести речь про комплексные эффекты и результаты, – уверен он. – Сейчас Забайкалье на бодром, быстром марше своего развития. Все отрасли, включая социальную сферу, быстро развиваются и идут вперед. Я доволен этим эффектом.

Эффект таков: край – во всероссийской десятке по темпам прироста экономики за пять лет. Те же места – по объему привлеченных инвестиций и по количеству созданных рабочих мест.

– Очень быстро регион из места большого профицита рабочей силы и огромной безработицы, бедности превратился в регион дефицита рабочих рук, – констатирует Осипов. – Постоянно 17–20 тыс. вакансий. Причем с очень высокими зарплатами. Видел объявление: ищут доярку, 90 тыс. рублей. В экономическом развитии у нас [за пять лет] – удвоение валового регионального продукта…

– Но с низкой базы.

– Ниже нас или с нашей прежней базой – не один регион в России, – парирует Осипов. – А такая динамика – только у нас. Уверен, что нашим героям, вернувшимся с победой, найдется достойное, почетное место в мирной жизни.

* * *

– У нас была тренировка, как жить вместе и помогать друг другу, – напоминает Аягма Ванчикова, вице-губернатор Забайкальского края и координатор регионального корпуса волонтеров. – Активные добровольцы тыла – это более 100 тыс. жителей края. Объединились после начала СВО, а на тренировку вышли двумя годами ранее, во время пандемии…

И тогда, и сейчас в поддержке – будь то борец с ковидом, герой СВО либо его семья – мелочей нет, уверена Ванчикова:

– Не важно, идет ли речь о государстве или о соседях. Мы все стремимся к тщательности этой поддержки.

На эту тему
• Первый после Дюмина. Чего ждать от тульской пятилетки
• Был приглядывающим, стал исполняющим. Чего ждать Хабаровскому краю от власти
• Трудности перевоза. Как укрепляется «крепость Калининград»

Тщательность поддержки по-забайкальски проявляет себя по-разному. В одном селе недавно погиб на фронте боец, тридцать лет с небольшим. Контракт он подписал в конце прошлого года. Перед уходом на спецоперацию рассчитался с долгами – небольшие, но были. Починил крышу маминого дома. Натаскал и нарубил ей дров «на две зимы вперед, как чувствовал», рассказывает односельчанка погибшего Нина.

Осознанное решение – уйти на фронт. Осознанные действия перед уходом. Вплоть до списка любимых песен, который Миша оставил друзьям – для самого плохого случая, то есть для похорон и поминок.

– Ну, как бы чтобы не плакал никто, – объясняет Нина. – Но хорошо, что решили посмотреть этот список для похорон. Там одна песня ну совсем не про это. Ее бы родители его если услышали – могли бы мы их там сразу рядом с сыном положить. Ну, не сразу, дня через три.

– Такая плохая песня?

– Почему плохая. Не плохая, – говорит Нина. – Хорошая даже. Просто там строчки есть не про то совсем. А песня известная, все помнят… Вот как скажешь, что все помнят, так и все из головы вылетит. Там вроде «мама, я снова живой», знаете?

«Мама, это правда, мама, это правда, мама, я опять живой». «Ковер-вертолет» «Агаты Кристи». Чуть ли не старше бойца песня.

– Вот ей так на похоронах – ну как поленом поперек лица этим было бы. И отцу тоже, понимаете? Он с ними не жил сколько, но хоронить приехал же… Хорошо, что посмотреть [список] решили, – повторяет Нина.

– Вы пока не пишите, как зовут и откуда парень, – просит односельчанка. – Всем ей помогли, и мы, и начальство, и помогать будем. Просто она в себя не пришла еще. В августе только похоронили.

* * *

– Делается очень многое – по базовым потребностям семей и самих воинов, – оценивает усилия краевого руководства Осипов. – Начиная с покупки дров, многочисленных льгот, реабилитационных программ. Но это жизнь, и вопросов бесчисленное количество. Ребята с физическими ограничениями. Раньше были способны на все, даже в спартанских сельских условиях. Они рукастые, они все умели. Сегодня они не имеют физической возможности проявить себя.

– И чем помогать, если вкратце?

Осипов напоминает, что 60% жителей края живут в селах – достаточно далеко не только от краевой столицы, но даже и от районных центров.

– Надо обеспечить, чтобы эти люди не ходили во двор по известной надобности. Не перекидывали дрова. Не таскали воду, – перечисляет губернатор Забайкальского края. – Эти вопросы в полной мере еще актуальны для уже вернувшихся наших участников СВО. Надо думать, как это делать – используя собственные силы, поддержку граждан, федерального центра…

– Одно понятно для меня уже сейчас, – говорит Осипов. – Работа с нашими воинами, вернувшимися с победой, – так же как с ветеранами Великой Отечественной, – не закончится никогда. На это надо настраиваться, к этому готовить наши регионы. Мы подготовку к встрече победителей уже начали.