Европейцев заставили платить за ненужное спасение от ковида

Эта история началась около пяти лет назад, в мае 2021 года, в разгар пандемии коронавируса. Тогда Европейская комиссия заключила с транснациональным фармацевтическим гигантом Pfizer (штаб-квартира в США) контракт на поставку 4,5 млрд доз вакцин – они должны были поступить в страны ЕС в период с 2022 по 2023 год.  Точная цена не разглашалась, но, по ряду оценок, речь идет о сумме в около 35 млрд евро. Однако скоро выяснилось, что такие объемы поставок избыточны. Пандемия начала быстро сходить на нет.

В 2022 году Польша уведомила не только Pfizer, но и еврокомиссара по здравоохранению: принимать новые партии вакцины у государства нет уже ни медицинского, ни экономического смысла. Заодно страна высказала претензии к Еврокомиссии: по словам членов польского правительства, заказы на вакцины были слишком большими и «навязывались» государствам-членам без изучения обстановки на местах. Наконец, в Варшаве придумали дополнительный довод для того, чтобы избавиться от ненужного более контракта: ссылаясь на факт боевых действий на Украине, правительство Польши заявило, что намерено потратить деньги не на закупку лишних доз вакцин, а на обустройство нахлынувших к ним в страну украинских беженцев.

Но для фармацевтического гиганта это оказался не аргумент – там потребовали, чтобы Варшава выполнила навязанный ей контракт. В мае 2023 года тогдашний министр здравоохранения Польши Адам Недзельский вновь попросил Pfizer прекратить поставки антиковидных вакцин в Евросоюз. Он заявил, что жители ЕС более не нуждаются в «сотнях миллионов доз» препарата, потому что заболеваемость снизилась и опасность массового распространения инфекции миновала.

Однако все эти доводы оказались бесполезны: Pfizer и его немецкий партнер BioNTech решили взыскать с Польши сумму в размере около 6 млрд злотых (около 1,5 млрд долларов или 1,2 млрд евро) за 60 млн доз вакцины, которые страна отказалась принять и оплатить. Тогда Варшава предложила компромиссный вариант: растянуть поставки вакцин на десять лет и оплачивать по факту доставки. Фармацевтический же концерн настаивал на соблюдении исходных условий договора. Польская сторона указывала, что Pfizer не понес убытков, так как не успел произвести и отгрузить отвергнутые дозы. Однако аргументы Варшавы были отвергнуты.

В ноябре 2023 года в Польше по результатам выборов сменилась власть. Консервативную партию «Право и Справедливость», постоянно конфликтовавшую с Еврокомиссией по разным поводам, сменила либеральная «Гражданская коалиция», нацеленная на активизацию сотрудничества с Брюсселем. Новый министр здравоохранения Польши Катажина Сойка выразила надежду на полюбовное соглашение с Pfizer. Но там снова дали понять, что не пойдут ни на какие компромиссы.

На эту тему
• Трамп объявил о 100-процентных пошлинах на лекарства
• Польшу обязали утилизировать 64 млн доз вакцины Pfizer
• Трамп призвал фармпроизводителей «обосновать успех» их средств от COVID-19

Иск Pfizer и BioNTech против Польши был подан в суд Брюсселя, поскольку контракт заключался между Pfizer и Европейской комиссией от имени всех стран – членов ЕС. После длительной подготовки основное разбирательство в суде Брюсселя началось в январе 1026 года. К слову, Польша не одинока: в аналогичной ситуации оказалась и Венгрия, которая в ноябре 2022-го также уведомила об отказе платить за 3 млн доз. В результате, Pfizer и BioNTech подали в суд и на Будапешт: они хотят получить от Венгрии 60 млн евро.

Третий иск был подан в отношении Румынии, которая отказалась принять 28 млн доз на 550 млн евро. В Бухаресте доказывают, что они этих доз не заказывали и не желают оплачивать самоуправство Еврокомиссии.

В конечном итоге суд в Брюсселе в начале апреля 2026 года вынес решение в пользу Pfizer, обязав Польшу выплатить компании около 1,3 млрд евро и принять 64 млн доз вакцины. Суд отклонил ключевые аргументы польской стороны, которыми она обосновывала свой отказ от исполнения контракта: и форс-мажор (боевые действия на Украине), и снижение заболеваемости, и факты явного злоупотребления Pfizer своим доминирующим положением на рынке.

Польские власти пытаются храбриться: премьер-министр Дональд Туск, выразив несогласие с принятым решением, пообещал «использовать все доступные правовые механизмы для его отмены». Заодно Туск не упустил возможности пнуть предыдущее правительство от «Права и Справедливости». Туск назвал их поведение «крайней глупостью», раскритиковав за то, что они с самого начала не пытались добиться отмены заведомо невыгодного контракта, навязанного Польше Брюсселем. Он подчеркнул, что

теперь платить придется всем полякам, и что это «не первоапрельская шутка».

Польская общественность встретила решение суда в Брюсселе с крайним раздражением. Доминируют две основные реакции: ярость и разборки на тему «кто виноват».

«Право и Справедливость» перекладывает вину на Еврокомиссию и на действующее правительство – мол, судебный процесс был проигран из-за некомпетентности нынешней власти. Состояние фрустрации усугубляется экспертами, считающими, что обжалование вряд ли что-то изменит. Простые поляки понимают, что деньги западному фармгиганту придется отдавать из общих налогов, а вакцины, которые поступят на польские склады, скорее всего, так и не будут использованы. Бесспорно, эта ситуация способствовала усилению евроскептических настроений в Польше.

Аналогичное решение суд принял и в отношении тяжбы Румынии с Pfizer и BioNTech – страну обязали выплатить им около 600 млн евро. Суд признал, что навязанный Румынии контракт был заключен в «отсутствие нарушений». В Румынии тоже активно ищут виновных: разные политические силы обвиняют друг друга. Национальная антикоррупционная дирекция Румынии уже завела расследование в отношении бывших высокопоставленных чиновников, подозревая их в злоупотреблениях при оформлении контракта о закупке вакцин.

Что касается Венгрии, то в ее отношении суд своего вердикта пока еще не вынес. Но, учитывая опыт Польши и Румынии, вряд ли в случае Венгрии он окажется другим.

Конфликт Польши, Венгрии и Румынии с Pfizer является лишь частью большого политического скандала в ЕС, известного как Pfizergate. Выяснилось, что председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и глава Pfizer Альберт Бурла долгое время вели личные переговоры по телефону и путем СМС-переписки, не фиксируя их в официальных документах. А потом она эту переписку удалила – как уверяет фон дер Ляйен, «случайно». А ведь в 2021 году именно

глава Еврокомиссии сыграла ключевую роль в заключении контрактов с Pfizer.

Скандал стал одной из причин попытки вынесения вотума недоверия Еврокомиссии в июле 2025 года. Депутат Европарламента Мислав Колакушич заявлял, что «закупка 4,5 млрд доз вакцины для 450 млн граждан ЕС – это крупнейший коррупционный скандал в истории человечества». Однако попытка импичмента Урсулы фон дер Ляйен тогда не увенчалась успехом. До сих пор европейская прокуратура (EPPO) расследует обвинения в адрес фон дер Ляейн в коррупции, уничтожении переписки в мессенджерах и конфликте интересов. Впрочем, на данный момент ни Урсуле фон дер Ляйен, ни кому-либо еще обвинений по этому делу официально не предъявлено.

Доктор политических наук, профессор СПбГУ Наталья Еремина объясняет происходящее тем, насколько сильно европейские государства зависят от брюссельской бюрократии.

«Страны ЕС, войдя в это сообщество, передали Еврокомиссии часть своего суверенитета – в частности делегировали ему право централизованных закупок медикаментов,

– напоминает Еремина. – Причем в данном случае переговоры с фармацевтическими гигантами велись в закрытом режиме; никакого демократического обсуждения не было и близко. Фон дер Ляйен и ее супруг выглядят тут явно заинтересованными фигурами». Эксперт сомневается, что главу ЕК удастся в итоге привлечь к ответственности, но полагает, что эта история может решить судьбу второго срока фон дер Ляйен на посту главы Еврокомиссии, так как результаты уголовного расследования EPPO станут ключевым испытанием ее политической устойчивости.

«В любом случае, приходится констатировать, что корпорации и евробюрократы нагрели руки, а платить за этот корпоративный лоббизм будут обычные поляки, румыны и венгры. Такова цена потери суверенитета», – резюмирует Наталья Еремина.