Андрей Манчук Андрей Манчук Албанская «революция фламинго» против коррупции и США

Американские инвесторы прекрасно знали, что с правящими кругами Албании несложно договориться. Так и произошло. Но в дело вмешался народ, протестуя против коррупции собственной власти и наглости американского бизнеса.

0 комментариев
Игорь Караулов Игорь Караулов В Израиле Макаревич впервые обрел родину

После начала СВО некоторые граждане ломанули из России в солнечный Израиль. Причина называлась такая: «не хотим жить в стране, воюющей с соседями». Теперь посмотрим счет на табло: Израиль сравнял с землей сектор Газа, напал на Иран, бомбит Ливан. Всё это они, конечно же, осуждают? Как бы не так.

17 комментариев
Тимофей Бордачёв Тимофей Бордачёв Россия никому ничего не должна

Отношение Москвы к тем, кто провозглашает сейчас свою победу на выборах в Армении, объясняется не стремлением удержать республику в своей орбите, а желанием напомнить о том, что Россия поступает так, как ей сейчас выгодно, а не так, как от нее ждут.

19 комментариев
9 июня 2026, 20:10 • В мире

Единый евроистребитель развалился до взлета

Единый евроистребитель развалился до взлета
@ Sadak Souici/Le Pictorium Agency/ZUMA

Tекст: Борис Джерелиевский

Германия и Франция развалили проект, который называли «одним из важнейших инструментов для суверенитета Европы в XXI веке». Речь идет о совместном создании истребителя шестого поколения. В чем именно не сошлись по этому поводу Берлин с Парижем и почему перед нами продолжение весьма старой тенденции?

Канцлер Германии Фридрих Мерц и президент Франции Эммануэль Макрон объявили о прекращении совместного проекта по созданию истребителя шестого поколения Future Combat Air System (FCAS). Руководители двух стран «обсудили проблемный проект на полях саммита ЕС – Западные Балканы в Черногории на прошлой неделе и пришли к выводу, что нет перспективы преодоления многомесячного тупика между оружейными компаниями, участвующими в плане», – сообщает Reuters.

Агентство утверждает, что поводом послужило то, что Airbus и французской авиастроительной компании Dassault Aviation так и не удалось достичь соглашения по вопросу разделения труда в проекте и патентного права на разработки. Помимо того, Париж и Берлин предъявляют различные требования к конфигурации будущего истребителя. Так, Мерц прямо заявлял, что французы стремятся нагрузить самолет функциями, неактуальными для люфтваффе. В частности возможностью его использования с авианосца (которых в ВМС ФРГ нет) или возможностью нести боеприпасы с ядерной боевой частью.

Напомним, что первоначально FCAS был франко-британским проектом: в ноябре 2016 года соглашение о совместной работе подписали французская компания Dassault Aviation и британский концерн BAE Systems. Однако выход Британии из ЕС нарушил эти планы. Лондон анонсировал собственный проект Tempest, в котором приняла участие Швеция, и к которому присматривалась Италия.

Dassault Aviation, несмотря на свой грандиозный опыт авиастроения, в одиночку проект не вытягивала, и начались переговоры с Германией, а затем и с Испанией. В 2019 году Германия и Франция объявили о совместной разработке перспективного истребителя шестого поколения. Урсула фон дер Ляйен, в то время министр обороны ФРГ, и ее французская коллега Флоранс Парли открыли новый завод компании Safran в Женвилье. Торжество завершилось подписанием в их присутствии главами Safran и немецкой компании MTU Aero Engines меморандума о создании совместного предприятия по разработке и обслуживанию двигателя для «истребителя нового поколения».

Когда Reuters пишет о «многомесячном тупике», оно несколько смягчает ситуацию, поскольку в реальности проблемы и противоречия, оказавшиеся неразрешимыми, обозначились еще семь лет назад. Именно тогда появились сообщения о том, что проект может быть сорван из-за неспособности Парижа и Берлина договориться о взаимном допуске к секретным технологиям, распределении прибыли, затрат и рабочих мест.

Возможно, у проекта были и другие сложности. Тогдашний военный министр Франции Флоранс Парли обозначила проект FCAS как «один из важнейших инструментов для суверенитета Европы в XXI веке».

Если принять во внимание, что в это время шла доработка американского F-35, который США собирались сделать единым истребителем блока НАТО и всеми правдами и неправдами старались потеснить конкурирующие проекты, нетрудно понять, что именно крылось за словами мадам министра. Во Франции справедливо полагали, что доминирование в системе вооружения изделий местного производства позволит европейцам снизить зависимость от американского ВПК в вопросах безопасности.

В Вашингтоне, понятное дело, придерживаются противоположных взглядов и ведут жесткую борьбу за расширение позиций на оружейном рынке Европы, используя для этого все методы. Можно предположить, что в данной ситуации «американскую партию» мог сыграть и Фридрих Мерц, некогда возглавлявший немецкий филиал крупнейшей американской компании по управлению активами BlackRock и сохранивший репутацию проводника интересов американского бизнеса, тесные связи с финансовым лобби и транснациональными корпорациями.

Именно Мерц еще в 2025 году публично объявил о напряженности между Германией и Францией вокруг FCAS, указав, что причины разногласий имеют не только техническое и экономическое, но и «политическое измерение». Он уже тогда дал понять, что Германия уже присматривается к альтернативным партнерам для разработки истребителя шестого поколения.

Впрочем, едва ли американцы и их агенты влияния стали единственной причиной провала проекта. Подобная участь постигла многие из самых громких общеевропейских оружейных проектов.

В частности, можно вспомнить программу Europanzer, или «Европейский танк», стартовавшую еще в 1956 году, которая окончилась провалом в 1963 году. Причиной тогда тоже стали разногласия ФРГ и Франции. Германия тогда свернула участие в проекте под предлогом того, что намерена создать будущую машину под стандарты НАТО, против чего выступал Париж.

Также провалился совместный танковый проект США и ФРГ МВТ-70 из-за того, что американская сторона отказывалась рассматривать немцев как равноправного участника. Далее последовала германо-британская программа Future Main Battle Tank (основной боевой танк будущего), которая должна была создать замену немецким Leopard 1 и английским Chieftain, но Бонн и Лондон даже не сумели сформулировать общей концепции, и программа была свернута в 1977 году.

В 1979 году была предпринята вторая франко-германская попытка создания «Евротанка», однако большую часть времени работы над перспективным ОБТ заняли юридические консультации и споры по поводу распределения будущей прибыли. Договориться не получилось, и французы, недовольные условиями, которые предлагали немцы, вышли из программы.

Третья попытка строительства «Евротанка» была предпринята в 2015 году: Франция и Германия объявили о работах над созданием танка будущего MGCS (Main Ground Combat System) и концерна KNDS (KMW + Nexter Defense Systems) в надежде, что такая кооперация позволит легче преодолеть проблемы определения размеров участия и прибыли. Однако пока серьезных продвижений проекта не наблюдается, а сроки реализации с 2035 года передвинуты на 2045 год, и в Париже, и в Берлине уже продумывают и реализуют альтернативные проекты, в частности модернизацию Leopard 2 до уровня A8.

Таким образом, мы видим, что в ситуации с FCAS нет ничего уникального, напротив, она скорее характерна для европейского ВПК. Нельзя не коснуться и еще одного момента. Дело в том, что европейские разработчики вооружения не всегда заинтересованы в конечном успехе собственных программ, особенно таких дорогостоящих, как создание нового истребителя или танка.

Ведь чтобы затраты отбились, недостаточно просто сделать современное и высококлассное оружие. Нужно, чтобы его гарантированно покупали свои и зарубежные армии, причем в том объеме, который оправдает и разработку, и производство. А это, учитывая конкуренцию и экономический кризис, очень непросто. FT сообщает, что

западные производители оружия говорят: чтобы оправдать инвестиции в расширение производства, им необходимы долгосрочные – как минимум десятилетние – контракты на закупку их продукции. Причем речь тут идет об уже серийно выпускаемом, а не новом оружии.

В свете этого куда проще объявить о запуске проекта, получить госзаказ на разработку нового оружия, поделить деньги между всеми заинтересованными лицами, включая военных и правительственных чиновников, а потом, через несколько лет имитации бурной деятельности, объявить о «форс-мажоре» (партнер вышел из проекта) и прекратить программу. Никакого риска, что затраты не отобьются. А спустя некоторое время можно начать новую «разработку», причем кооперация с иностранными партнерами облегчает задачу по «сокрытию концов».

Но нельзя сбрасывать со счетов и политический фактор. Различие интересов не только стран-участниц, но и властных групп в европейских государствах затрудняет достижение компромисса. Так, например, в вопросе Евроармии постимперские амбиции Франции и Германии и реваншизм Финляндии, Польши и Швеции наталкиваются на категорическое нежелание ряда стран увеличивать военный бюджет и втягиваться в конфликт с Россией без американской «крыши», на свой страх и риск.

Возвращаясь к теме FCAS: министр обороны ФРГ Борис Писториус, как указывает Bloomberg, заявил, что отказ от проекта не стал для Берлина «сюрпризом». «Мы уже несколько месяцев ведем переговоры с различными заинтересованными сторонами по этому поводу», – приводит издание слова Писториуса. То есть Берлин готовится инициировать новый проект или, как полагает Bloomberg, встроиться в программу Великобритании, Италии и Японии GCAP по созданию истребителей шестого поколения.

При этом командование люфтваффе, видимо, не возлагает надежд на новый проект. И чтобы не остаться без современных истребителей, рассматривает возможность закупки дополнительного количества американских F-35 в довесок к контракту на поставку 35 таких машин, заключенному еще в 2022 году.