Скорое возобновление войны за Иран выглядит неизбежным

«США требует капитуляции от нас... Война неизбежна, поскольку капитуляция – не вариант. Мы к этому готовы и не видим в этом проблемы, поэтому у нас нет опасений».

В этом заявлении высокопоставленного офицера Корпуса стражей иранской революции (хребта системы власти в Тегеране) Мохаммада Джафара Асади схвачена суть того, что происходит за пылью ближневосточной суеты. США то собираются возобновить боевые действия, то намекают на дипломатический прорыв. Иранцы то выходят из переговоров, то возвращаются. Чувствуется, что никому не хочется воевать. И все видят, это какая-то странная война, когда сборная Ирана по футболу прилетает на чемпионат мира к агрессору. Но, как и в Европе, где в 1940 году боевые действия так и называли – странной войной, милитаристская суета должна перерасти в большую бойню.

По-настоящему искренне этого желает только одна сторона – премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. Уже осенью он потеряет власть, но, с одной стороны, надеется, что полномасштабный конфликт даст шанс это предотвратить, с другой – испытывает навязчивое желание «доиграть партию», хотя ее невозможно доиграть. Эта музыка похожа на вечную, просто Биби зашел дальше многих: недавно ЦАХАЛ впервые в истории пересек реку Леонт в Южном Ливане, чтоб захватить крепость времен крестоносцев Бофор, доминирующую высоту в регионе. Из-за этого и массированных ударов по Ливану спикер иранского парламента Мохаммад Галибаф – ключевое лицо на переговорах – и объявил о выходе из них, поскольку условием Тегерана было отстать и от Ливана тоже.

Собственно, это единственное условие иранцев, которое Вашингтон готов удовлетворить. Источники Axios утверждают, будто Трамп по телефону буквально орал на Нетаньяху, крыл матом и называл сумасшедшим. В последнее время это издание точно в наблюдениях и богато на достоверные источники, но даже если все было именно так, премьер Израиля после разговора заявил, что позиция его неизменна и что Израиль «продолжил действовать по плану на юге Ливана».

Что это за план – вопрос открытый. Основатели современного Израиля видели его северную границу как раз по Леонту, как якобы было в библейские времена. Все что до этой реки – примерно 10% Ливана – сейчас оккупировано и не похоже, что эти территории собираются возвращать Бейруту. Но к «трофею» по местной традиции должна прилагаться еще и «зона безопасности», которую можно расширять пока расширяется. Американцам это не нравится – слишком осложняет их отношения с арабами, однако остановить и, тем более, обратить процесс вспять они не в состоянии: Нетаньяху не готов прислушаться.

Мы это уже видели раньше: Трамп пишет в своей личной соцсети под названием «Правда», что он ЗАПРЕЩАЕТ бомбардировки Ливана, после чего в Израиле пожимают плечами – и бомбардировки возобновляются с новой силой.

То есть мира в Ливане Вашингтон Тегерану дать не может. А больше ничего давать не готов: ни снимать санкции, ни размораживать иранские активы. Может быть, только чуть-чуть, символически. Вашингтонские и израильские «ястребы» явно накрутили Трампа в ту сторону, что любой существенный подарок для иранской экономики станет его личным поражением, поскольку усилит Иран, тогда как изначальной задачей было Иран ослабить. Раз режим аятолл не удалось сменить, дать ему средства на развитие полагают неприемлемым.

Зато американцы требуют полностью свернуть иранскую ядерную программу и отдать им весь высокообогащенный уран, причем именно им, а не России или Китаю (такие предложения звучали). Максимум – продать «по твердой закупочной цене» за собственные деньги, то есть в обмен на разморозку части активов.

Если отложить в сторону вопрос Ормуза, это и есть «сделка» от США, подозрительно напоминающая рэкет: напали и заставили продать за «спасибо» то, что ты продавать не хотел, и бывай до следующего раза.

На эту тему
• Новый лидер Ирана подтвердил еще одну теорию заговора
• США и Израиль нашли в Иране своего Керенского
• На роль нового лидера Израиля нашелся кандидат посильнее Трампа

В Иране обоснованно считают, что американцы не выиграли это военное противостояние так, чтоб рассчитывать на подобные отступные. Но Трамп не хочет выигрывать меньше, у него на этот счет есть собственные соображения.

Авантюра обошлась дорого – и в миллиардах (независимые исследования оценивают операцию Пентагона в 100 млрд), и в сторонниках (MAGA-лагерь расколот, а рейтинг президента упал). Но это необратимый ущерб, прошлого не воротишь. А будущее Трампа еще кое-как беспокоит по части оценки своего вклада в историю: США не могут выйти из конфликта явно слабее, чем вошли в него. Расход снарядов и даже жизней военных – неотъемлемое право президента, но он должен за это получить хотя бы обогащенный уран, а потерять стратегические позиции без критичного ущерба для репутации точно не может. США меж тем стали слабее.

Поврежденные военные базы можно восстановить. Но, как заявил на прошлой неделе новый верховный лидер Ирана (более радикальный, чем старый) Моджтаба Хаменеи, эти базы больше никогда не будут чувствовать себя в безопасности, а народы региона «больше не станут служить щитом для американских баз», поскольку добиться капитуляции Тегерана не удалось, да и влияние США на Ближнем Востоке «неуклонно ослабевает».

Это заявление агрессивно к Америке, но в отношении арабских соседей по тону примирительное, а сами эти соседи, как утверждают мировые СМИ, теперь хотят пересмотреть правила эксплуатации баз – так, чтоб их нельзя было по умолчанию использовать для нападения на Иран.

Понятное желание: шейхи приняли базы США, считая, что они станут для них щитом, но они стали магнитом для иранских ракет и беспилотников, а сопутствующий ущерб сильно поцарапал восточный шик, «так не договаривались». Трампу, должно быть, наплевать, как договаривались, но он не допустит того, чтобы ослабление позиций США на Ближнем Востоке зафиксировали столь неопровержимо, с усечением функционала баз.

Эта патовая ситуация создает предпосылки для возобновления войны даже больше, чем поведение Израиля. Пусть повторять по многим причинам рискованно, оставить ситуацию как есть, самотеком, президент США, кажется, уже не может, даже если бы хотел. С огромным ущербом и чередой неудач Иран отбился от нападения все-таки лучше, чем готовы ему позволить агрессоры, отложив войну до следующего раза.

Если же Трамп все-таки сдержится и переключится на сельское хозяйство, просто наплевав на последствия иранской авантюры для международного положения и репутации США, в его исполнении это станет его самой убедительной заявкой на Нобелевскую премию мира из всех, что мы видели.