Южная Корея страдает от эпидемии скрытых камер в общественных туалетах или гостиницах. В 2018 году было зарегистрировано более 6800 случаев незаконных записей.

Это явление известно, как «молка» (так называют корейцы секретную камеру), и стало частью повседневной жизни южнокорейцев. Особенно это распространено в таких крупных городах, как Сеул, где очень легко найти комнаты гигиены, стены которых имеют такое количество дырочек, что похожи на дуршлаг. В этих маленьких отверстиях прячутся микрокамеры. По данным главной прокуратуры страны, в 2018 году в полицию Южной Кореи было сообщено о почти 6800 случаях «осуществления незаконных видеозаписей (то есть когда снимаемая персона не давала разрешение на это или вообще не знала о ведущейся записи).

В отличие от своего соседа Японии, имеющей, по определению самих японцев, «индустрию здорового эротического видео», Южная Корея запрещает порнографию. Секс-сайты заблокированы в стране, но эта блокировка легко преодолевается с помощью фальсификатора локации VPN. Записанные видео попадают как в «глубокий интернет» (Deep web), так и на форумы для смартфонов.

Месть – блюдо, подаваемое порнографически

Как обычно в случае со статистическими данными в сфере криминала, официальные цифры сильно отличаются от фактических: не пишут заявления в полицию примерно 2/3 жертв «электронного сексуального насилия». По одной простой причине – объекты съемок могут узнать о том, что «играли роли в фильмах для вуайеристов» через несколько дней, недель, а то и месяцев после того, как их снимали: когда кто-то случайно увидит ролики в интернете или злоумышленники пришлют объекту файл по электронной почте. В последнем случае речь может идти о явлении, называемом «порноместью»: как правило, мстят женщинам, чем-то не угодившим своим друзьям, партнерам, не добившимся взаимности начальникам. В Южной Корее есть даже специализированные веб-сайты порномести – чаще всего видео выкладывается именно на них, а жертву только извещают о «компромате», прислав ссылку.

В Южной Корее нет закона, запрещающего продажу шпионской техники населению. По одной простой причине: маленькие камеры и беспроводные микрофоны, предлагаемые в магазинах, официально покупаются для приглядывания папами и мамами за несовершеннолетними детьми. С ответственностью взрослых за поведение их несовершеннолетних отпрысков в Стране утренней свежести, как романтично называют свое государство корейцы, очень строго. Еще в 2015 году здесь был утвержден закон, в соответствии с которым шпионить за собственными детьми не только можно, но и нужно.

Несешь ответственность – обязан следить

На мобильные телефоны юных корейцев родители не только имеют полное право, но и обязаны устанавливать специальное программное обеспечение Smart Sheriff, которое блокирует доступ со смартфонов на порносайты и порталы сексуального общения онлайн. Сегодня такого типа программ, которые ограничивают доступ подросткам к потенциально опасным для их психики сайтам, уже 14. С помощью этих приложений родители могут узнать, играют ли их дети на телефоне в игры, какие порталы посещают, как часто пользуются телефоном вообще, геолокацию своих чад и т. д. Информация передается на родительские мобильные устройства, так что от удаления истории путешествия по интернету на телефоне подростка, толку для него нет.

Правительством Кореи была профинансирована разработка и внедрение программы Smart Relief, реагирующей на используемые в переписке через мессенджеры слова: угроза, убить, заткнитесь, насилие, разрушать, инвалидность, проститутка, мусор, вор, порнография, беременность, гостиница, непристойный, секс, сексуальные преступления, проституция, мотель, пиво, самоубийство, изнасилование, прелюбодеяние, убежать из дома, изгой. И о переписке, в которой используются данные слова, родительские смартфоны тоже в курсе.

Заклейте стенку и наденьте маску

Покупая микрокамеру (диаметр линзы объектива 1 мм), кореец, понятное дело, не скажет, что берет ее с целью подпольной съемки в номере отеля или общественном туалете. Да его и не спросят. Запрещено использовать в случаях, не предусмотренных упомянутым выше законом, но... Не пойман – не вор.

Шпионская индустрия провоцирует, естественно, и развитие антишпионской. В интернете можно обучиться, как обнаруживать камеры. Приемы описываются от самых простых («проверьте, нет ли отверстий в стенках и закройте их туалетной бумагой») до сложных («взгляните на доступные сети Wi-Fi, если есть с очень длинным именем, полным цифр и букв, это, вероятно, беспроводное соединение камеры»). Некоторые дамы носят с собой в сумочке силикон, чтобы запечатывать подозрительные отверстия. Многие приобретают датчики, способные обнаружить камеры и микрофоны. Только в течение 2018 года продажа таких детекторов в Южной Корее увеличилась на 333% по сравнению с 2017-м, отмечает американская телесеть ABC.

Для многих женщин обязательным предметом при выходе в город стала маска, которую они надевают при входе в общественный туалет: даже если их кто и запишет, идентифицировать личность будет сложно.

Так называемые фотографии «под юбкой», сделанные без согласия девушек, стали настолько распространенными, что в Сеуле в метро можно найти плакаты, предупреждающие об этом и советующие девушкам надевать под юбку дополнительно шорты.

«Моя жизнь – не ваше порно»

В 2018 году тысячи кореянок, закрыв свои лица, вышли на улицы обличать продажу шпионских камер и распространение интимных видео через порнографические сайты. «Моя жизнь – не ваше порно» – таким был лозунг той демонстрации. А несколько месяцев спустя правительство Южной Кореи отреагировало на это созданием специального государственного органа для женщин, который организует патрулирование туалетов в метро или на вокзалах. Контролерши вооружены устройствами для обнаружения скрытых камер.

Размеры «электронных глаз» становятся все микроскопичнее: некоторые из них были обнаружены в головках дверных шурупов, подставках под телевизор.

В марте прошлого года двое мужчин были арестованы за размещение онлайн-видео «интимных мероприятий» более чем 1600 клиентов из 30 мотелей по всей Южной Корее. Камеры с миллиметровыми линзами были спрятаны в фиксаторы фенов и разветвляющие коробки оптоволоконного кабеля телевидения.

Храни нас власть от беспредела

Тем интересней сравнить происходящее с тем, как на подобные явления реагирует государственная власть в России.

Россию часто представляют, как страну двух крайностей. Если тут что-то разрешают, то на полную катушку. Если запрещают, то, как говорится, до расстрела через повешение. Ситуации, похожие на описанную выше южнокорейскую, у нас в принципе невозможны. Нет, ничто, свойственное остальному человечеству, в том числе и психические отклонения вроде вуайеризма, нашим людям тоже не чуждо. Но это – не система, а единичные случаи. И не превращаются единичные случаи в систему не потому, что в российском гражданине воспитали высокоустойчивую мораль и неприятие принципов животной жизни, навязываемых Западом. А оттого, что

у наших законодателей хватило сообразительности и такта обложить кое-какие рефлексы и инстинкты запретами.

Причем надо отдать должное депутатам ГД, борются они не со следствием, а с причиной явления. Если у вас нет камеры «шпионского формата», значит и забраться нелегально и незаметно в чужую постель вы не сможете. Самый простой и надежный способ не подхватить венерическое заболевание – не вступать в половую связь с инфицированным объектом. Нет в продаже «аппаратуры Джеймса Бонда» – нечем снимать «порноместь».

Ну а кто все же не прочь разжиться микрокамерой из категории «это нельзя» – может сделать это на свой страх и риск. В статье 138.1 Уголовного кодекса РФ черным по белому: «незаконный оборот специальных техсредств, предназначенных для негласного получения информации» влечет за собой наказание от 200 тыс. рублей до четырех лет лишения свободы.

Конечно, бывают в оценке «шпионскости» оборудования и перегибы (куда ж без этого), когда GPS-маячки для собак и коров относили к запрещенным аппаратам и открывали против лиц, устанавливавших такие устройства, уголовные дела. Но закон – дело живое, корректируемое и пересматриваемое. В июле нынешнего года Госдума приняла в третьем, окончательном чтении закон, призванный исключить возбуждение уголовных дел против лиц, приобретших ранее для бытовых нужд технику с маячком GPS, считавшуюся «шпионской». В Уголовном кодексе появится примечание, детализирующее что можно, а что нельзя.

В кои-то веки законодатели отошли от ранее столь любимого принципа «создать проблему, чтобы потом ее преодолевать» – не стали разрешать торговать всем тем, что заведомо служит для вмешательства в частную жизнь и нарушения норм ее неприкосновенности. Может быть разумное решение принято именно потому, что детально изучили то, что происходит в Южной Корее?