Совместную блокаду российских миротворцев в Приднестровье, начатую Молдавией и Украиной, не стоит недооценивать. Отсутствие снабжения этой группировки может реально подорвать само существование непризнанной республики и повлиять на возможность ее поддержки Россией. Что может и должна в такой ситуации сделать Москва и конкретно российское Министерство обороны?

Односторонний выход Украины из всех соглашений по военному сотрудничеству с Россией и прекращение транзита привели к потенциально кризисной обстановке вокруг российских миротворцев в Приднестровье. Теперь наши военнослужащие практически в круговой блокаде. А украинское командование демонстративно перебросило под Одессу батарею С-300, заблокировав возможность снабжения ПМР по воздуху. Тем не менее генерал армии Якубов, координатор Управления генеральных инспекторов МО РФ, заявил, что «обеспечение миротворцев будет осуществляться при помощи воздушного моста, в частности будут задействованы самолеты военно-транспортной авиации».

Пусть не сегодня, но через пару месяцев Москва будет вынуждена пойти на прорыв блокады тем или иным способом

Украинские С-300 были демонстративно провезены через всю Одессу и расположены в чистом поле у поселка Черноморское. При этом украинские пропагандисты и официальные лица успокаивали местное население, говоря, что это лишь «плановая передислокация». И тем не менее – прекращение снабжения российских миротворцев напрямую связано с демонстративным усилением противовоздушной обороны Одессы.

На самом деле выходом из договоренностей по военному сотрудничеству с Россией Рада просто юридически оформила уже сложившуюся де-факто ситуацию. Уже несколько месяцев Киев и так блокирует всякое снабжение российских миротворцев в Приднестровье, включая элементарное довольствие. То, что началось с попытки не допустить в регион новые российские вертолеты, переросло уже в тотальную блокаду. Снабжение миротворческих сил нарушено полностью, они не получают никаких припасов вообще, и наиболее сложно через некоторое время будет выглядеть обстановка с топливом и ГСМ. Приднестровье не имеет своего НПЗ, и топливо в республике привозное. Также возникнут сложности с ротацией личного состава миротворческого контингента, поскольку теперь ни Украина, ни Молдавия российских военнослужащих через свою территорию не пропускают, а то и вовсе высылают. Последний пример такого рода произошел не далее как в пятницу.

Это неминуемо приведет к сложностям в функционировании миротворческих сил, поскольку у них чрезвычайно сложный регламент. Например, личный состав блокпостов регламентирован вплоть до знания языков каждым из солдат. Совместный пост состоит из восьми человек, из которых четыре контрактника из России. Один – начальник поста, другой – отслуживший срочную службу или в России, или в ПМР, еще двое – не регламентированы. Еще два резервиста, призванные на трехмесячные сборы от ПМР, и два русскоязычных от армии Молдавии. При этом почти половина из двухтысячного российского контингента в непосредственном несении службы на блокпостах участия не принимает, поскольку вынуждена охранять знаменитые склады в Колбасной. Дело в том, что с российской точки зрения старое вооружение из резерва советских войск, складированное там, – собственность Минобороны РФ. А по законам Приднестровья оно является «достоянием многонационального народа ПМР». Поэтому лучше его все-таки охранять, а то немедленно растащат. Приднестровцев можно понять – они рассматривают склады как оперативный резерв, несмотря на то, что большая часть снарядов уже испортилась.#{ussr}

Миротворцы сведены в четыре мотострелковых батальона, но из их личного состава почти половина – это граждане ПМР со вторым российским гражданством, прошедшие срочную службу на территории России. А есть еще обслуживающий местный гражданский персонал, тоже с гражданством России. Он находится в так называемых Красных и Белых казармах и выполняет заодно функцию доукомплектования Кошницкого и Бендерского участков. Юридически все это называется Оперативная группа российских войск в Приднестровском регионе Республики Молдова. Миротворческие функции (на совместных трехсторонних постах и на двусторонних – РФ – ПМР – в Колбасной) опять же юридически лишь приданы этой ОГРВ ПР РМ.

Такая сложная конструкция выглядит уязвимо именно в силу ее юридического несовершенства. Прошлой осенью Молдавия с трибуны Генассамблеи ООН потребовала вывести российских миротворцев и заменить их на международных. Одновременно Молдавия также де-факто перестала сотрудничать с российскими миротворческими силами. Попытки наладить снабжение и проводить ротацию состава через аэропорт Кишинева, после того как Украина закрыла транзит через Одессу, не удались. Российские войска оказались в фактической блокаде, которую сейчас Украина и Молдавия просто принялись оформлять юридически.

Оспорить все эти решения, конечно же, можно. Как статус миротворцев несовершенен, так и решения этих двух стран далеко не безупречны с точки зрения международного права. Но в перспективе это бессмысленное занятие, поскольку в этом вопросе «наши партнеры» в принципе не намерены считаться с международными нормами.

Курс на выдавливание российских миротворцев из ПМР настолько очевиден, что нет смысла и вести какие-либо переговоры о совершенствовании их мандата. Другое дело, что вся эта история длится уже год, а в последние несколько месяцев вошла в фазу открытого противостояния. И все это время Москва практически никак не реагировала на периодические высылки российских военнослужащих, на провокации и недружелюбные акты. Возможно, решили просто не обращать внимания и перетерпеть, рассчитывая на скорое развитие событий на Украине. Но вдруг неожиданно выяснилось, что никакой толковой стратегии по снабжению миротворцев, преодолению блокады и сохранению позиций в регионе попросту нет. Последним грузом, который доставили в ПМР россияне, были мобильные блок-контейнеры – этакий блокпост на колесах. Очень полезная вещь в нынешних условиях.

За столько лет в ПМР так и не построили аэропорт или хотя бы взлетно-посадочную полосу, которая могла бы самостоятельно принимать крупнотоннажные транспортные самолеты. С вертолетами все понятно, а транспортная авиация раньше садилась в Одессе или в Кишиневе. А теперь куда? В чистое поле? Альтернативных путей нет вообще никаких, и, что самое неприятное, российские транспортники в любом случае должны будут пролететь над украинской территорией.

Вот для этих-то целей Украина и развернула в районе поселка Черноморское под Одессой прямо в чистом поле батарею С-300. Всего у ВСУ в рабочем состоянии шесть таких батарей. Одесская сможет сделать за раз девять выстрелов. До воздушного пространства Крыма она не дотянется, но Одессу в состоянии прикрыть.

Конечно, сложно представить себе, что в нормальном мире украинская ПВО примется сбивать российские транспортные самолеты, если они вдруг решать туда залететь. Но, во-первых, никто не поручится за то, что украинское руководство ощущает себя на одной с нами планете и в одном времени. Во-вторых, а куда, собственно говоря, полетят российские транспортные самолеты, если ни Одесса, ни Кишинев не принимают? По большому счету украинские С-300 не представляют особой угрозы, учитывая возможности российской группировки в Крыму. Но приземляться-то где?

Можно теоретически представить, что все снабжение миротворцев будет переведено на вертолеты, и именно вертолеты имел в виду генерал Якубов, когда говорил о «воздушном мосте». Их и есть куда посадить, и они даже присутствуют в достаточном количестве и с экипажами. Но тогда придется говорить о физическом прорыве блокады. Вертолеты полетят прямо на эту самую батарею С-300, их облучат радарами, а там уже один бог знает, как все повернется. Кроме этой батареи, кстати, в черте города Одессы есть еще одна часть ПВО.

Нагнетание обстановки вокруг ПМР – сознательный ход Киева и Кишинева. Это прямая провокация, вынуждающая Россию к неким ответным мерам. Пусть не сегодня, но через пару месяцев Москва будет вынуждена пойти на прорыв блокады тем или иным способом. И никакие дипломатические ходы или международные обсуждения статуса миротворцев этому не помогут. В первую очередь нынешнее руководство Молдавии – в том виде и в том состоянии, в каком оно приехало в Ригу на саммит «Восточного партнерства» – заблокирует любые конструктивные обсуждения. А о Киеве и вообще речи не идет.

Перспективным представляется подождать, пока слабое и не пользующееся поддержкой населения правительство Молдавии развалится само и к власти придут пророссийские силы. Но, во-первых, это может произойти нескоро, а во-вторых, не одни мы пристально наблюдаем за обстановкой в Молдавии. В Кишиневе обычно не утруждают себя сложными политическими играми, а предпочитают просто снимать с выборов противников, выгонять их из страны, депортировать неугодных. Да и ЕС и НАТО наверняка окажут любую поддержку лояльному им режиму. Буквально месяц назад НАТО уже провело совместные с молдавской армией учения непосредственно в зоне ответственности миротворческих сил, нарушив тем самым все имевшиеся договоренности. И – ничего.

Оказывать политическое или дипломатическое давление на Киев в такой обстановке бесполезно и бессмысленно. Не для того они все это затевали, чтобы вдруг затем найти компромисс с Москвой по приднестровской проблеме. А физическое давление на Украину, скажем, даже просто на одесском направлении – это то, чего Киев, собственно говоря, и добивается. Вот тогда-то он и сможет предъявить «факт агрессии» России, а «международные арбитры» разбираться в реальности не будут.

Давление же на Кишинев способно лишь косвенно разрешить ситуацию. Вот так вот неудачно сложилась география региона, что пролетать над Украиной надо в любом случае. А в С-300 очень много кнопок, и никто не поручится, что их будут нажимать в правильном порядке.

Приднестровский конфликт рано или поздно был просто обязан дать о себе знать. Не могло так случиться, что ПМР удалось бы отсидеться в стороне. Но сейчас события могут начать развиваться довольно быстро. Многое зависит от того, насколько удачно российское Министерство обороны выберет стратегию и тактику поведения в этом крайне сложном и щекотливом вопросе. При этом надо понимать, что военная составляющая кризиса сейчас, конечно же, очень важна, но никто не отменял традиционные дипломатические способы. Бесперспективность переговоров на тему Приднестровья с Киевом и Кишиневом не отменяет возможности диалога с европейскими странами, хоть как-то, но влияющими на особо буйных.