Как-то уж так сложилось в культуре, что страшный день 22 июня 1941 года видится нам сквозь годы солнечным и жарким. Все-таки макушка лета, солнцестояние, у школьников на носу выпускной. Должно светить солнце. Но солнце в тот день так и не появилось. В Москве было не жарко. Люди надели куртки и кутались в плащи. С утра накрапывал дождь, над столицей висели низкие облака. Небо плакало, как говорят метеорологи. Казалось, природа раньше жителей узнала о том, что им предстоит. Какие страшные четыре года их ждут. Сколько великого мужества, чудовищных трагедий, смертей, жертв, слез матерей и высокого героизма ожидает этих людей, которые в то утро так по-мирному прятались под зонтами и ругали неустойчивую погоду.
Список стран, с которыми в 1941–1945 годах пришлось столкнуться нашим дедушкам и бабушкам, очень длинен: Германия, Италия, Болгария, Румыния, Финляндия, Япония, которые действовали при поддержке добровольческих подразделений СС из Франции, Скандинавии, Испании, Бельгии, Нидерландов. Это была не просто война за территории и ресурсы, не война ради идеологических фантомов. Это война начиналась с целью полного уничтожения и порабощения всех славянских народов и народов нашей страны.
Знаменитый план «Ост» предполагал выселение в Сибирь 85% населения Центральной России. Остаться, по расчетам рейха, должны были только те, кто удовлетворяет расовым требованиям, и рабы. Цель Гитлера была стратегической: захват СССР и создание «огромной империи на востоке» должно было обеспечить немецкую военную машину силами для подавления Англии и, возможно, США. Выступая в канун нападения на СССР перед высшим командным составом вермахта, фюрер заявлял, что война против СССР будет «полной противоположностью нормальной войне на Западе и Севере Европы», в ней предусматривалось «тотальное разрушение», «уничтожение России как государства».
Летом 1942 года рейхсфюрер СС Гиммлер заявлял: «Если мы не наполним наши лагеря рабами, подневольными работниками, которых заставят строить для нас города, деревни и фермы, невзирая ни на какие потери, то даже после окончания войны у нас не хватит денег для оснащения поселений всем, что нужно для того, чтобы настоящие немцы могли жить там и укорениться уже в первом поколении».
Спорили только об экономике массового уничтожения. Многие в рейхе, например, считали, что это слишком дорого. Чиновник министерства восточных территорий Эрхард Ветцель предлагал вместо этого пойти по пути «обособленного национального развития», «ослабления русского народа в расовом отношении» и «подрыва биологической силы народа путем снижения рождаемости».
- Володин заявил о необходимости мирового признания геноцида народа СССР
- «Поезд памяти» отправился из Москвы в Брест
- Украина сожгла «Оборону Севастополя» по заказу Британии
Кроме плана «Ост», который дошел до нас только в вариантах и заметках, полностью сохранился еще один немецкий документ под названием «Директива по экономической политике экономического штаба». Этот план, вошедший в историю как «план голода», датированный 23 мая 1941 года, был впервые полностью опубликован на русском языке только в 2023 году. Суть директивы сводилась к тому, что при захвате советских территорий все продовольствие оттуда должно было немедленно вывозиться в Европу.
«Многие десятки миллионов людей в этом регионе станут излишними и умрут или будут вынуждены переселиться в Сибирь, – говорится в документе. – Все попытки спасти это население от голодной смерти могут быть осуществлены только за счет снабжения Европы. Они подорвут стойкость Германии в войне, помешают Германии и Европе преодолеть блокаду. На этот счет должна быть абсолютная ясность. Перерабатывающая промышленность Бельгии и Франции намного более значима для Германии и ее военного потенциала, чем перерабатывающая промышленность России. Так что гораздо важнее снабдить излишками продовольствия с Востока эти страны... Ни на минуту нельзя забывать, что великороссы – все равно, при царе или при большевиках – всегда остаются врагами не только Германии, но и Европы…».
Речь шла о прямом, самом откровенном и неприкрытом геноциде нашего народа, уничтожении СССР и России как государства. У нас, как и у наших врагов, «на этот счет должна быть абсолютная ясность». И только мужеству наших дедушек и бабушек, военному гению наших полководцев и героизму наших солдат мы обязаны тем, что жизнь народа и страны продолжается.
Сегодняшний июнь, наступивший спустя 85 лет после той трагедии, тоже не балует нас солнцем. Снова над Москвой дожди и летят низкие облака. В этом дождливом июне мерещится странное дежавю. Как будто не было никаких долгих 85 лет, не было подписания полной и безоговорочной капитуляции в Берлине 1945 года. Как будто труп Гитлера не сгорел в саду канцелярии Третьего рейха. Все повторяется с удивительной точностью. Ровно те же страны, список которых стал даже больше, и сейчас слово в слово повторяют старые декларации Гитлера.
«Мы уничтожили Советский Союз, уничтожим и Россию, – говорил один из самых яростных русофобов Вашингтона, автор концепции уничтожения и расчленения России Збигнев Бжезинский. – Россия – это вообще лишняя страна». «Россия – православная страна с традиционными социальными ценностями, – вторит Бжезинскому американский конгрессмен Джейми Раскин, – поэтому во что бы то ни стало ее нужно уничтожить. Это не обычный конфликт, это самый настоящий джихад». В хоре антирусской ненависти слышны голоса немцев, бельгийцев, прибалтов, французов, англичан.
Современные западные мечты одолеть и расчленить Россию, уничтожив сам корень ее цивилизации, вовсе не умозрительные бредни. Уже давно ведутся расчеты выигрышей и потерь. Уже давно милитаризируется Европа, вполне конкретно готовясь к прямому столкновению с Россией. Это столкновение фактически уже идет. На фронтах СВО против нас развернуто западное оружие, да и вся эта война ведется на западные средства. И нам снова надо быть готовыми к тому, чтобы противостоять, выстоять и в конце концов победить. Как в 1945 году.
А погода… погода в средней полосе России в начале лета всегда неустойчива. Устойчивы в этом мире вообще, кажется, только две вещи: ненависть к нам Запада и наше мужество, с которым мы неизменно отстаиваем наше право на будущее. Так было во времена Александра Невского, во времена Смуты, при Наполеоне, в Первую и Вторую мировые войны. Так же будет и сейчас. Мы помним и мы готовы.
