Когда-то я смотрела на Украину, на людей, которые казались нормальными, а превратились в озлобленных собак, и мне было очень страшно, что эта зараза перекинется. Что в моей стране тоже начнут медленно меркнуть разумы, загашаемые слепой звериной ненавистью.

Человеку свойственно ненавидеть. В особенности же свойственно ненавидеть чужака. Есть свой род, свое племя, свой поселок. Чужак – житель другого мира, возможно, населенного демонами и тварями ночи. Чужак всегда потенциально опасен, и ненавидеть его легко.

…Гостеприимные и дружелюбные грузины недавно вышли с плакатами, проклинающими Россию. А я недавно заходила в грузинскую кафешку в Питере – мне было грустно, и хозяин это увидел, и бесплатно налил мне два стакана гранатового вина, чтобы я развеселилась. Звали его Чабука, как он там сейчас?

От любви к своему, родному, до ненависти к чужаку – один шаг. И этот шаг сделать легко, поэтому в мире не кончаются войны и никогда не кончатся. Генетически, на уровне инстинктов, перед древним человеком и теперь перед человеком современным заложен страх перед чужаком, а значит – ненависть.

И мы забываем, как легко она уродует души, как легко может свести с ума целый народ. Например, упомянутый в самом начале народ, который в 2011 году мирно пил пиво и гулял на площадях, а в 2014 году стал состоять из убийц и тех, кто одобрил убийство. Новое свойство этого народа не то чтобы вычеркивает его из состава людей – нет, украинцы остаются, разумеется, людьми, только уродливыми, покореженными, искалеченными. К счастью, не все, а только те, кто боится и ненавидит.

И как быстро искорежит нас, если мы поддадимся ненависти к чужаку? Русский характер легкий, расслабленно-добрый, вряд ли произойдет что-то глобально страшное. Но война между небом и адом идет за каждого человека, и каждая искореженная душа – это жертва, это проигрыш. Каждый человек, выбравший ненавидеть дальнего своего, – станет искалечен.

И откроется ли небесный свет для ненавидящих?

Ненавидеть просто, ненависть – это то, что вырастает из подспудного нашего страха, и таким естественным кажется это чувство, что все христианские заповеди мгновенно забываются – как будто они были придуманы для кого-то другого, как будто все это учение про любовь – оно для несерьезных случаев, ну, такое учение, которому можно предаться на досуге. Не тогда, когда сердце кипит в священной ярости.

И ведь на самом деле сложно удержаться, особенно когда по другую сторону границы видишь не людей, а фигуры, уже искаженные ненавистью, с уродливо искривленными руками-ветками, с черными обугленными телами, не похожие на людей, нечеловекоподобные, фигуры, напоминающие зверей или чудовищ, страшные образы. Внутренние системы мгновенно сигналят: это – чужак, тот самый, который живет в селении демонов, порождений ночи, эмоции включают ненависть, древние инстинкты – желание замахнуться палкой и ударить.

Но ненависть превращает каждого из нас в такого же, искривленного, искаженного, в страшную фигуру из ночных кошмаров, внутри которой болит и стучит человеческое сердце. И вот сталкиваются армии монстров. И проигрывают в них всегда живые люди – те, что таятся внутри искаженных фигур.

Сложно противостоять ненависти, когда она выглядит естественной. Я говорю о том, что знаю. Я была на войне и превратилась в чудовище, потому что все мои сигнальные системы кричат, что некоторых нельзя простить, а можно только убить.

Надо, однако же, с этим бороться. Пусть в борьбе побеждает человек, пусть разговаривают друг с другом люди, а не чудовища, поглощающие людей. Пусть разговаривают на повышенных тонах, пусть ведут сложные игры с высокими ставками, пусть раздражаются. Это все живое, человеческое.

Пусть будет – человеческое.