Начал писать на компьютере – «Гусейнов», гляжу, а на экране – Гессен. Описочка получилась, что называется, «по Фрейду».

Российские либералы похожи друг на друга до карикатурной неразличимости. Возьми цитату Андрея Зубова или Аркадия Бабченко – она вполне может быть произнесена Пионтковским, Ганапольским или любым другим их единомышленником.

Для того, чтобы хоть как-то выделиться из этой общей массы, приходится стараться.

Вот и профессор Высшей школы экономики Гасан Гусейнов ни с того ни с сего разразился в Facebook гневным текстом, в котором фигурировали абсолютно все важнейшие маркеры «человека с хорошим лицом» – «в Украине», «в этой стране» (не в Украине, как вы понимаете), не великая держава. Но все это вряд ли привлекло бы большое внимание. Мы давно привычны к психологическим особенностям части наших соотечественников.

Поэтому, чтобы ни у кого не осталось никаких сомнений в том, что он про всех нас думает, Гасан Гусейнов сообщил, что мы тут разговариваем на «своем убогом, клоачном языке».

Трудно сказать, какого фашизма в этом заявлении больше – расового (язык в любом случае ключевой инструмент национальной идентификации) или социального. В сортах этого дерьма разобраться довольно сложно, да и незачем.

Очевидно, что профессор Гусейнов подчеркивает свою отдельность от окружающего его мира. Этот мир продолжает говорить «на Украине», называет Россию «своей страной», а не «этой» и ее же полагает своей родиной, что исторической, что по месту проживания. У этого мира – одна Родина. Россия.

Право на выражение личного мнения о чем угодно, безусловно, есть у каждого. Можно разделять точку зрения большинства, меньшинства или вообще быть несогласными со всеми. Меня, правда, всегда занимало, зачем для этого обязательно нужна аудитория. Поскольку в этом случае ты автоматически перестаешь быть просто гражданином, выражающим свое частное мнение, и становишься общественным деятелем.

А тут начинают действовать другие правила. Это уже не разговор на интеллигентской кухне, где твои добрые друзья в худшем случае не согласятся с тобой, а, скорее всего, промолчат, какую бы околесицу ты не нес после трех стаканов.

В публичном пространстве – как на войне. Раз ты выбрал либеральный или какой-нибудь другой окоп и начал бороться с врагом, готовься к тому, что сейчас тебя накроет такой ответный артобстрел, что вся человеческая неприязнь, с который ты сталкивался в своей жизни, покажется детским лепетом.

Никакого снисхождения не будет. Раз ты решил сообщить миллионам людей, говорящих на русском языке (и своим студентам в том числе), что они – г..но, то держись, брат. В ответ ты получишь то же самое.

Особую пикантность этой истории, конечно, добавляет фамилия, имя и отчество автора. Вряд ли профессор Гасан Гусейнов никогда не задумывался над тем, как его имя выглядит в любом списке – на зарплату или в очереди в поликлинику. Думаю, эта мысль хотя бы несколько раз приходила ему в голову.

А раз приходила, то, безусловно – написанное им на своей странице преследует довольно простые цели.

Оскорбить максимально большое количество русских людей. Именно русских. Потому что просто говорящий на русском, даже как на своем родном, языке человек, воспримет слова Гусейнова про «тот убогий клоачный русский, на котором сейчас говорит и пишет эта страна» гораздо спокойнее.

Главная цель – это провокация. Подобное заявление очевидным следствием имеет разжигание национальной ненависти. То ли для того, чтобы лишний раз продемонстрировать шовинизм и национальную нетерпимость русских, то ли таким образом профессор Гусейнов разжигает нетерпимость к народам, кровь которых течет в его жилах. Не знаю, кто ему больше не угодил. Да это и не имеет никакого значения.

Гусейновым мало приговоров по 282-й статье. Эти люди, которые уже давно обрыдли своей цитатой про четыре миллиона доносов, сами же и организовывают эти доносы. В этом и заключается работа провокатора. Ничего нового. Их предки в 30-е таким же образом делали свои карьеры, улучшали жилплощадь и избавлялись от обидчиков. Генетическая память работает.

Вся эта мерзость снова оплачивается государственными деньгами, потому что Гасан Гусейнов – типичный «бюджетник», получающий зарплату в государственном вузе. И это вызывает главный вопрос. Ни один государственный вуз не может себе позволить держать на зарплате людей, которые наносят его репутации ущерб. Этого не может себе позволить и государство, потому что не для того оно эти вузы финансирует.

Но Высшая школа экономики живет в своей системе координат. Известность «Вышки» – она другого рода. Это учебное заведение монопольно владеет званием оплота российского либерализма. Либерализма специфического, где нужно обязательно оттаптываться на «этой стране» и «этом народе». Это гарантирует постоянное присутствие в медиаповестке.

Наверное, это и не плохо. В конце концов, плохая реклама лучше, чем отсутствие всякой рекламы.

Эта маркетинговая модель практически вечная.

Если профессора ВШЭ Гасан Гусейнов или Исак Фрумин перестанут генерировать должный объем хайпа, всегда можно взять на работу Андрея Зубова или Петра Верзилова. И дать, наконец, полную ставку преподавателя французского – Евгению Понасенкову. Тоже блистательный человек.