«Мне тяжело представить, зачем новому оператору газотранспортной системы (ГТС), зачем украинской стороне может быть интересно продление старого контракта. Если российская сторона говорит, что они хотят какие-то другие условия, другие объемы, тогда логично с нашей стороны занять позицию – и мы ее занимаем – что это должен быть только новый контракт, только по европейскому праву, только с новым оператором», – заявил 9 октября председатель правления «Нафтогаза Украины» Андрей Коболев. Идти на какие-то «другие суррогатные варианты», по его словам, нет никакого смысла.

Незадолго до этого новые российские предложения прокомментировал также исполнительный директор «Нафтогаза Украины» Юрий Витренко. Он напомнил, что на последней встрече российская сторона подняла вопрос поставок газа на Украину, причем он может даже иметь первоочередное значение по отношению к транзиту.

«Как будет решаться этот вопрос? Особенно учитывая то, что Газпром сейчас не выполняет свои контрактные обязательства по поставкам газа «Нафтогазу», а также то, что «Нафтогаз» обоснованно добивается того, чтобы «Газпром» разблокировал возможность получать на границе Украины и РФ газ из Туркменистана, газ независимых добытчиков в России, а также газ для европейских контрагентов «Газпрома», – написал Витренко на своей странице в Facebook.

Некогда Туркмения и вправду была крупным поставщиком газа на Украину, прокачивая до 36 млрд кубометров. Операторами транзита выступали Газпром, «Газэкспорт», группа «Итера» и «Росукрэнерго», напоминает российский политолог Станислав Смагин.

Но в 2006 году, после того как за Газпромом был законодательно закреплен статус монополиста в поставках газа из России и через Россию, прямой поток иссяк. Газпром предложил Украине покупать так называемый среднеазиатский газ по цене, лишь очень символически уступающей цене российского газа, что не устраивало Украину. Поставки не раз пытались разблокировать, в том числе и путем поиска обходных путей или угроз начать такой поиск. Во многом этой теме был посвящен визит Виктора Януковича в Туркмению ровно за год до его свержения.

«С тех пор поменялось многое, но не правовая сторона вопроса, – отмечает Смагин. – Газпром не должен, более того, законодательно не может позволить, чтобы на него возложили бремя поставок газа из Туркмении на Украину – и ни одна международная конвенция к этому российский концерн принудить не способна. Так что здесь, похоже, перед нами обычный «троллинг», пусть и несколько замысловатый: возможно,

Витренко просто хочет позлить российских контрагентов упоминанием Туркмении, постепенно становящейся не первостепенным, но и не совсем пустяковым конкурентом Газпрома.

Раньше основные объемы туркменского газа уходили в Китай, чему российский монополист был даже рад как фактору снижения давления на европейский рынок. Но в 2014 году после ссоры с Западом Газпром уже сам заинтересовался китайским рынком – а там, как оказалось, туркмены уже расположились весьма вольготно. Плюс Европа активно подталкивает Ашхабад к участию в Южном газовом коридоре, также прямо конкурирующем с Газпромом.

В частности, опять активизировались разговоры о Транскаспийском газопроводе между Туркменией и Азербайджаном. Правда, украинским дипломатам и топливно-энергетическим функционерам не стоит слишком радоваться, произнося слово «Туркмения» – чем большие объемы газа и количество участников вовлечены в ЮГК, тем слабее не только позиции Газпрома в Европе, но и ценность Украины как транзитного узла между Россией и Европой».

Требования, выдвинутые Юрием Витренко, заведомо неисполнимы, полагает ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков. В России есть закон о недискриминационном доступе к газотранспортной системе, но он гарантирует независимым производителям газа (которые добывают газ внутри РФ) возможность транспортировать его из одного региона в другой. На экспорт же по трубопроводам может идти только газпромовский газ, причем Газпром не обязан оказывать услуги по транспортировке газа производителям из других стран. Законов же, аналогичных Третьему энергопакету Евросоюза, в России нет.

«К тому же с требованием перенести точку сдачи-приемки газа на российско-украинскую границу возникает вопрос: а вы европейцев спросили, согласны ли они? Если бы европейские потребители на это согласились, то замечательно, Газпрому не пришлось бы строить все эти новые газопроводы. Но в том-то и дело, что

европейцы предпочитают все риски, связанные с доставкой газа, перекладывать на Россию», – отмечает Юшков.

Более чем скептически к предложению Юрия Витренко относятся и некоторые украинские эксперты. По мнению киевского экономического аналитика Дениса Гаевского, это попытка усилить позиции «Нафтогаза» накануне нового раунда переговоров с Газпромом. Причем попытка сомнительная: «Перспектив доступа к туркменскому газу у «Нафтогаза» объективно нет. Сомнительно, что эта ситуация относится к компетенции Стокгольмского арбитража – слишком уж абсурдны и нереалистичны требования Украины».

Тем не менее, считает Игорь Юшков, «Нафтогаз» выдвигает кучу заведомо невыполнимых требований специально – чтобы затем обвинить Россию в недоговороспособности. Мол, вот мы сколько всего России предлагали, но они от всего отказались, а значит, намеренно, по политическим мотивам не хотят договариваться. В пользу этой версии говорит и тот факт, что «Нафтогаз» не проводил никаких переговоров с Туркменией. Да и вообще большой вопрос, есть ли у Туркмении лишний газ, чтобы поставлять его Украине, и сколько будет стоить этот газ после того, как пройдет транзитом через Россию (даже если мы представим, что Газпром согласился бы его прокачать).

Та уверенность, с которой «Нафтогаз» выдвигает априори невыполнимые требования к России, может служить очередным свидетельством непотопляемости руководства украинской компании. И Андрей Коболев, и Юрий Витренко, занявшие свои должности в «Нафтогазе» вскоре после свержения Виктора Януковича, благополучно пережили недавнюю смену президента Украины и, похоже, уходить никуда не собираются. 

Тем не менее, уже скоро украинская газовая отрасль будет, как ожидается, функционировать по новым правилам, копирующим принцип Третьего энергопакета Евросоюза. До конца года должен быть завершен так называемый анбандлинг – выделение из «Нафтогаза» отдельной компании «Оператор газотранспортной системы Украины» (ОГТСУ). 18 сентября обновленный план отделения ГТС от «Нафтогаза» одобрил украинский кабинет министров, и через несколько дней новая компания подала заявку на сертификацию, после одобрения которой будет полностью готова к независимой работе, заявил Андрей Коболев.

Начиная с 1 января следующего года в управление ОГТСУ планируется на 15 лет передать магистральные газопроводы, находящиеся в госсобственности. 

Эта компания, видимо, и будет заключать новый транзитный контракт с Газпромом. Причем российской компании, заверил Коболев в выступлении на Украинском газовом форуме, ничто не помешает начать поставку газа украинским потребителям в любой момент времени. «Как только у нас будут подписаны договоры о присоединении и как только мы внедрим европейские нормы работы украинского рынка газа, Газпром сможет прийти на этот рынок и поставлять в таком количестве газ потребителям, как они пожелают», – заявил глава «Нафтогаза». Осталось лишь надеяться, что обещания осуществить анбандлинг до 1 января будут выполнены.

В то же время появление отдельного оператора ГТС можно рассматривать как шаг в направлении давно обсуждаемой продажи украинских магистральных газопроводов. Сторонником этой идеи публично выступал не кто иной, как Андрей Коболев, который в течение прошлого года выдвигал несколько соответствующих предложений. Сначала глава «Нафтогаза» утверждал, что для управления украинской ГТС может быть создан консорциум с европейскими партнерами. Затем он говорил о необходимости продать до 49% оператора ГТС иностранным инвесторам для сохранения газового транзита.

Однако с европейцами не сошлись по цене: как сообщил Коболев в ноябре прошлого года в ходе III Украинского нефтегазового инвестиционного форума, компания Ernst&Young оценила ГТС в 11,9 млрд долларов, тогда как реальная цена составляет 14 млрд долларов. В связи с этим было принято решение искать покупателя за пределами Евросоюза.

О сохраняющемся интересе внешних игроков к украинской ГТС свидетельствует недавняя публикация в американском издании Politico, где утверждалось, что министр энергетики США Рик Перри лоббировал включение нескольких американцев в расширенный совет директоров «Нафтогаза Украины». Одновременно агентство Associated Press сообщило, что смены руководства «Нафтогаза» добивались несколько американских бизнесменов, связанных с Республиканской партией. Очевидно, что новый раунд торга за украинскую ГТС еще впереди, и такой опытный переговорщик, как Андрей Коболев, здесь будет незаменим.

«Руководство «Нафтогаза» прекрасно понимает, что если терпение Москвы лопнет и она захочет прервать транзит, то защищать их будут и США, и Евросоюз, комментирует руководитель Центра политэкономических исследований Института нового общества Василий Колташов. – Украину всячески выгораживают и удерживают в качестве неприятного и неудобного для России транзитера газа, и в этом хорошо просматривается западный интерес к украинской газотранспортной системе. Если перекачку газа от российской границы с Украиной будут обеспечивать американские и европейские компании, Россия не сможет влиять на условия транзита. Такой транзит будет гораздо более приятен для западных компаний, чем самостоятельные поставки газа Газпромом».