Дмитрий Соколов-Митрич: Нормалек

У меня есть один знакомый кореец. Южный. Иногда он мне звонит и спрашивает: «Как дела?» Я отвечаю: «Нормально». А он в ответ страшно пугается: «Что случилось?!»

Когда ты говоришь «нормально», ты снижаешь себе планку и портишь настроение окружающим

Корейцы, особенно южные, а также прочие американцы считают, что, если у человека все нормально, он должен говорить: «Отлично!» А мы считаем, что, если у человека все отлично, он должен говорить: «Нормально».

Вот попробуйте произнести: «У меня все отлично!» Как-то сразу неприятно на душе, правда? Дисгармония. А теперь скажите по-человечески: «У меня все нормально». И на душе сразу покой и умиротворение.

Южного корейца зовут Ли. Вообще-то, это фамилия, но мы привыкли называть его Ли, и он смирился. Говорит, что, когда он учился в Америке, его так тоже называли.

– Ли, – говорю я ему, – почему я должен врать, что у меня все отлично, если у меня, в крайнем случае, все хорошо. А если совсем честно, то не хорошо, а нормально. Я говорю тебе правду, и от этого мне спокойнее.

– Когда ты говоришь «нормально», ты снижаешь себе планку и портишь настроение окружающим, – отвечает южный кореец Ли. – «Нормально» – это повод для деградации, а «отлично» – стимул развиваться. Ты же хочешь развиваться.

– Хочу, – соврал я.

– Ну вот. Значит, никакой неправды в твоем «отлично» нет. «У меня все отлично» – это та правда, которая обращена в будущее, а «нормально» – та, что увязла в тебе самом.

Я честно попытался несколько дней говорить «отлично» дома, на работе, по телефону. Люди вздрагивали и спрашивали: «Что случилось?!»

Это еще можно было бы перетерпеть. Но с каждым новым «отлично» мне самому становилось все хуже и хуже. И с этим мириться было уже совсем невозможно.

Я давно заметил, что признаки оптимизма вгоняют меня в апатию, а депрессивные начала — наоборот, бодрят, возвышают и дают сил трудиться. Когда я слушаю Мамонова или, в крайнем случае, Radiohead, мне хочется пылесосить квартиру и общаться с ребенком. А если из-за стены доносится бодрый вой какого-нибудь Джорджа Майкла, то опускаются руки, падает настроение, повышается раздражительность.

Мой организм так устроен, что эта смесь из сдержанного оптимизма и умеренного упадничества, которую мы привыкли выражать фразой «все нормально» или просто «нормалек!», – питательная среда для моих мозгов и нервов. И, думаю, я не сильно ошибусь, если предположу, что то же самое могут признать миллионы моих сограждан.

Все это я попытался объяснить Ли, но он отказался меня понимать.

– Люди, которые всегда говорят «отлично!», – они вообще не очень склонны к пониманию окружающих, – решил я уколоть южного корейца.

– А люди, которые все время говорят «нормально», не готовы даже себя самих понять, – попробовал южный кореец уколоть меня.

– А ты себя, значит, уже понял вдоль и поперек.

– Я понял, что мне в себе и понимать нечего.

Этот наш вялотекущий спор тянется несколько лет. Ли уже 15-й год живет в России, но так и не научился говорить «нормально!» Я даже стал еще больше уважать его за это.

Однажды мы оказались за одним столом с корейцами нормальными, советскими, российскими. Это было в 2002 году, во время чемпионата мира по футболу, на котором корейская сборная ошеломила всех, добравшись до полуфинала.

Только что соотечественники Ли в упорнейшей борьбе обыграли сборную Италию 2:1. Дело было в корейском ресторане на улице Косыгина. Корейцев южных легко было отличить от корейцев наших. Южные – они все были худенькие, за оба тайма плюс дополнительное время выпили по одному бокалу пива, страшно опьянели, высоко прыгали и хором кричали: «ДэХанМинКук!» – это что-то типа «Россия — вперед!», только про Корею. Причем кричали независимо от того, лажался на поле их игрок или показывал класс. Корейцы нормальные все были толстые, как бабаи, пили в большом количестве водку, смотрели футбол хладнокровно и страшно ругались, если кто-нибудь на поле не оправдывал их надежд. Но когда матч закончился, и те, и другие повторяли одну и ту же фразу: «Отличная игра!»

И я тоже сказал: «Отличная игра».

В этот момент я сделал еще одно открытие. Говорить «отлично» про других – это можно. А про себя — нельзя. Про себя — только «нормально».

Вот скажите: «У него все отлично!» Ведь нормально звучит, правда?

И еще за тем столом на улице Косыгина я понял главное. Наше «нормально» и их «отлично» – в сущности, одно и то же. Сейчас объясню.

И то, и другое — это формулировка правильности происходящего. Иными словами, оба выражения можно свести к следующему: «У меня все так, как и должно быть». А вот что именно должно быть — это уже определяется социокультурными установками.

Наш человек считает, что у него все должно быть так, как у всех, как у людей. Это показатель состоятельности и высшая степень гармоничности существования.

Их человек полагает, что у него все должно быть не так, как у всех. Отлично. От других. Если ты чем-то отличаешься, значит, ты из себя что-то представляешь. И только в этом смысле ты можешь быть «как все», потому что у всех — тоже все отлично. От других.

Эту мысль мне подкинули наши, нормальные, пьяные корейцы, которых почти всех тоже зовут Ли. Эту мысль они изложили и моему приятелю. Причем на корейском языке. И он наконец-то понял.

Так что нормально — это отлично, а отлично — нормально. Давно пора в русско-английских словарях поправочку сделать. И в русско-корейских тоже.