Сергей Миркин Сергей Миркин Почему Зеленский боится Белоруссию

«Белорусская угроза» может стать важным элементом грядущей информационной кампании по объяснению населению Украины, что снижение мобилизационного возраста необходимо. «Раньше мы противостояли только России, но скоро на нас нападет и Белоруссия».

3 комментария
Антон Крылов Антон Крылов Зачем русской кухне стандарт

Разрабатывать стандарт национальной кухни лучше, чем надеяться, что рыночек порешает и настоящие исторические рецепты сами собой выплывут из глубины времен, из-под множества наслоений, упрощений и извращений по итогам разрушительного для русской традиции ХХ века.

7 комментариев
Анна Долгарева Анна Долгарева Молюсь о тумане в Донбассе

Зимой туманы открывали пространство жизни, и русская пехота шла в наступление, безбоязненно пересекая пространство до украинских позиций. Донбасское лето страшно жаркое и сухое, в нем не бывает туманов.

19 комментариев
11 августа 2015, 14:30 • Клуб читателей

Мой брат вернулся из АТО

Алексей Остальцев: Мой брат вернулся из АТО

Мой брат – каратель. Недавно вернулся из АТО. Врагами он считал «сепаратистов», а не батальоны невидимой русской армии, о которых не устает говорит Порошенко. Помню, когда он уходил на фронт, мы созвонились.

В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Алексея Остальцева о человеке, который участвовал в войне в Донбассе на стороне укрианской армии. Человек этот автору не чужой. Редакция не поддерживает семейные конфликты, выступает против АТО, но статья представляется газете ВЗГЛЯД крайне важным рассказом о том, что жизнь это не один ответ, а десять вопросов, в которых каждому предстоит разобраться самостоятельно.

Брат помнит, как обидно было вернуться с фронта и получить к чаю пачку дешевого печенья от государства

Мой брат – каратель. Недавно вернулся из АТО, женился, ждет ребенка. Дал интервью украинскому порталу «Цензор.нет». Портал самый обычный украинский, пропагандирует день и ночь войну с Россией.

Поэтому интервью с человеком, который ушел добровольцем в Донбасс и мочил там «сепаров», конечно, было им интересно. Так они и вышли на моего брата.

Он рассказал им подробно, особо не подбирая слов (редакция оставила все как есть), как он с себе подобными бродил по Луганской области от села к селу, вышибая сепаратистов.

Атошники «не находят поддержки и помощи в обществе» и могут уйти в криминал (фото: Valentyn Ogirenko/Reuters)

Как много пьянства среди украинских солдат, как сильно это мешает выполнению боевых заданий. Как впервые пришлось стрелять в человека и прочее... В общем, будни войны.

Что интересно, врагами мой брат-каратель считал «сепаратистов», а не батальоны невидимой русской армии, о которых не устает говорить Порошенко. «Цензор», конечно, не обратил на это внимание, а я вот обратил. О столкновениях с бурятскими десантниками и регулярной армией РФ в Донбассе подробный рассказ моего брата не сообщает.

В остальном – все канонично. Разве что язык повествования изменен: мой брат не говорит на украинском, потому что родился в русской семье и вырос в Киеве.

Помню, когда он уходил на фронт, мы созвонились. «Из-за таких, как ты, русолюбов, все проблемы!» – таковы были последние его слова, адресованные мне, законченному русофилу.

Брат щадил нас.

Не обкладывал матами за равнодушие или критику бандеровского ренессанса в стране. А перед уходом на войну тщательно заметал следы и шифровался.

Когда стало известно, что он отбыл на фронт, я перезвонил отцу. Оказалось, тому все давно известно. Более того, он благословил брата стать карателем и наказать дончан за неповиновение Киеву.

«Где ты видишь у нас бандеровцев? Наслушался кремлевской пропаганды! – сказал он мне в трубку. – Я воевал в Афгане в его возрасте. Вот и он пусть повоюет. Ничего в этом страшного нет!»

Все это было сказано уже после Одессы и первых мирных жертв обстрелов в Донбассе.

Так я узнал, что отец давно и безнадежно поселился головой на Майдане. Поселился настолько прочно, что даже смонтировал собственное видео, пропагандирующее ценности «революции достоинства» среди одурманенного российского населения.

Особенно одурманены были наши родственники в Поволжье и Питере, с которыми мой отец-бандеровец и брат-каратель порвали всякие отношения. Каждый это сделал по-своему: брат «разлайкал» контакты в социальных сетях, отец высказал все родной сестре по телефону.

Сейчас, после ранения и возвращения в Киев, мой брат собрал «общество ветеранов АТО». Главным он считает психологическую помощь тем, кто в алкогольном чаду стрелял по городам Донбасса.

Брат помнит, как обидно было вернуться с фронта и получить к чаю пачку дешевого печенья от государства, за которое воевал. Как он сам признается, многие атошники «не находят поддержки и помощи в обществе» и могут уйти в криминал. Там легче, потому что привычно и понятно, кто враг, а кто друг.

В реальной жизни все сложно и непонятно. Родной брат, то есть я, предал родину и уехал, мать почему-то не поддерживает страну победившего Майдана и работает за границей. Государство бросило на произвол судьбы. А тут еще собственная семья появилась. Ему тяжело.

Поэтому мой брат-каратель снова мечтает об окопах, где он спал «как младенец». Мешает только черепно-мозговая травма. Но главное – «есть желание продолжать воевать»…

Хвалебный хор комментариев завершает это интервью, показывая, что Украина по-прежнему хочет войны и любит своих героев. По крайней мере, в интернете.

Слава героям!