На днях белорусский президент Александр Лукашенко заявил, что хотел бы провести Олимпиаду совместно то ли с Украиной, то ли с Россией. На это, казалось бы, абсолютно бессмысленное заявление можно было бы не обратить внимания. Но до сих пор Батька не был замечен в бессмысленной болтовне – определенный, осязаемый смысл в его словах, конечно, есть. И к спортивным соревнованиям он никакого отношения не имеет.

Летние Олимпиады расписаны вплоть до 2028 года. Перспектива провести игры в 2032 году едва ли может волновать ум практичного Лукашенко. Последняя зимняя Олимпиада проходила в Сочи в 2014-м, и едва ли Россия может претендовать на решение МОК в свою пользу в обозримой перспективе. На Украину никто не поедет. Не только потому, что Украина – воюющая страна. Не только потому, что там развалена правоохранительная система и обеспечить безопасность гостей масштабного спортивного мероприятия Киев не в силах. И даже не потому, что городская инфраструктура (тот же печально известный «мост Кличко») может не выдержать наплыва туристов.

Украина ненадежна. Страна откровенно провалила подготовку в «Евровидению-2017», а на «Евровидение» прошлого года в Тель-Авиве Киев и вовсе отказался посылать своих участников после скандала вокруг певицы Maruv. А объем работ, который необходимо проделать к Олимпиаде, и ответственность за подготовку не сравнимы ни с каким «Евровидением». Он попросту неподъемен для нищей, политически и психически нестабильной страны.

Тогда к кому и по какому поводу обращался Лукашенко?

В контексте недавнего обмена пленными между Россией и Украиной стало очевидно, что Минск стремительно теряет свое значение как посредника в урегулировании конфликта. Киев и Москва договорились об обмене напрямую. Обмен может стать прологом к урегулированию конфликта в том или ином виде, причем не обязательном в минском формате.

Даже легкая оттепель в российско-украинских отношениях бьет по Белоруссии, причем это «бьет» имеет конкретное денежное выражение. Ведь посреднические услуги Минска состоят не только в организации переговоров между Москвой, Киевом, Европой, Донецком и Луганском. Поставки белорусских нефтепродуктов на Украину, серый импорт российских товаров, маркированных белорусскими кодами, и обратные поставки украинской продукции в Россию, денежный поток в аэропорту Минска, который ежемесячно принимает десятки тысяч транзитных пассажиров между Киевом и Москвой, и многое другое.

Но и деньги сейчас не главное. Куда большее значение имеет утрата Минском инициативы. Лукашенко откровенно сетует на то, что все предложения Белоруссии по урегулированию конфликта на Украине были отвергнуты, и война продолжается, «потому что это кому-то нужно». Кому – Батька не говорит, оставляя возможность держать нос по ветру в быстро меняющихся обстоятельствах. Время для Белоруссии действительно ускорится. В ноябре этого года там состоятся парламентские выборы. А уже в следующем году – президентские.

Будет ли следующий год годом транзита власти, или Лукашенко продолжит руководить своей страной, непонятно. Пойдет ли он по пути Нурсултана Назарбаева, заранее запустившего процесс передачи власти, либо будет контролировать ситуацию до конца лично, рискуя разделить участь Ислама Каримова и его семьи?

Так или иначе Лукашенко нужна максимальная поддержка: и России, и Запада. Торговаться за эту поддержку с Россией Минск активно начнет уже через несколько месяцев, когда Белоруссия возглавит органы управления ЕАЭС. На кону – беспошлинный импорт российской нефти, единая валюта, транзит и, конечно, признание Москвой решений Лукашенко относительно своей дальнейшей политической судьбы – каким бы оно ни было.

Не менее важна поддержка Запада. Но здесь Батьке предложить особо нечего, кроме своей посреднической роли в урегулировании украинского конфликта. Роль «миротворца» стремительно ускользает от Александра Лукашенко. А без этой приставки в глазах Запада он остается всего лишь «последним диктатором Европы».

Еще вчера белорусский президент рассказывал о том, что он «наглухо закрыл границу с Украиной», опасаясь потока оружия из воюющей страны. И он абсолютно прав: украинские и белорусские националисты действуют в тесной спайке. А идея распространения «украинской революции» на близлежащие территории жива в умах фанатиков. Но уже сегодня Лукашенко рассказывает о том, что готов проводить совместно с Украиной большие спортивные мероприятия. Что в условиях «наглухо закрытых границ» как минимум нежелательно.

Еще вчера Лукашенко заявлял, что Москва «выкручивает руки», а сегодня просит «не гнобить, но поддержать в трудную минуту». Трудная минута наступает для Александра Григорьевича уже сейчас. А значит, пришло время окончательно определяться, с кем именно он хочет проводить «олимпиаду».