На фоне бурных политических событий последних недель практически незаметным оказалось известие об успешной посадке японского зонда «Хаябуса-2» на астероид 162173, носящий неофициальное наименование Рюгу. Согласно официальному Twitter-аккаунту миссии, зонд совершил уже вторую «стыковку» с этим космическим телом диаметром менее километра.

Это само по себе является достижением в области внеземной навигации. Но главное впереди. Автоматическая станция собирается пробурить поверхность Рюгу и доставить на Землю в специальной спускаемой капсуле образцы пород. Причем это будут первые образцы, взятые не с поверхности астероида, а из-под нее. Во время предыдущего сближения с объектом «Хаябуса-2» выстрелил по 162173 снарядом, начиненным пластидом.

Рюгу не болтается во всем хорошо известном поясе астероидов или поясе Койпера. Этот объект относится к группе так называемых Аполлонов, то есть космических камней, обращающихся по орбитам, близким к земной. Иногда они оказываются ближе к светилу, чем наша планета, иногда дальше. На сегодняшний день таких тел известно более пяти тысяч. Почти наверняка их как минимум вдвое больше. И они рядом. Как показал японский эксперимент, дотянуться до них – дело техники. Точнее, технологии и денег.

Исходя из сегодняшних астрофизических представлений и экспериментальных данных, такие тела должны состоять из камня, различных металлов и льдов (в том числе водяного, кислородного, азотного и углекислотного). Так что «драгоценный груз» «Хаябуса-2» вряд ли сильно удивит теоретиков. Зато появится практический опыт транспортировки минералов из одной точки космического пространства в другую. Результаты подрыва поверхности Рюгу тоже будут полезными. Может быть, легче не бурить, а бомбить и собирать обломки.

Научная ценность миссии очевидна, но ясно, что прокладывается путь и для чего-то большего. Особенно учитывая, что данная миссия не единственная. В мае 2017 года стало известно о планах китайского космического агентства по захвату и транспортировке околоземных астероидов на лунную орбиту с целью использования их минеральных ресурсов для нужд лунных баз. В апреле 2019-го эти сведения получили первое официальное подтверждение. В 2022 году у астероида 2016 HO3 (ему дали имя Камоалева) появится китайский зонд. Предполагается, что он будет назван «Чжен Хэ» в честь знаменитого путешественника и флотоводца Поднебесной. Программа этого космического аппарата практически полностью совпадает с полетным заданием «Хаябуса-2» – добыть минералы и доставить их на Землю.

Камоалева – особенный объект. Он является так называемым квазиспутником Земли. Находясь с нашей планетой в орбитальном резонансе, он достаточно долго (по историческим, но, возможно, не по космическим меркам) будет находиться рядом, двигаясь относительно нас по замысловатой вытянутой орбите. Он ненамного дальше, чем Луна – расстояние до него колеблется от 38 до 100 радиусов лунной орбиты. Такая дальность – не проблема для современного уровня технологий, но для сближения с астероидом необходимо выйти на квазиорбиту Земли.

В связи с этим совершенно в новом свете предстает миссия китайского лунного аппарата «Чанъэ-4». 3 января 2019 года его спускаемый модуль совершил первую в истории мягкую посадку на обратную сторону нашего естественного спутника, а орбитальный отсек вышел на орбиту не вокруг Луны, а вокруг точки Лагранжа L2 системы Земля–Луна. Это очень изящное решение. Во-первых, из любой точки этой орбиты обеспечивается постоянная радиосвязь и с Землей, и с обратной стороной Луны. Во-вторых, отработан выход на аналог квазиорбиты ночного светила (аналог, потому что квазиспутники и объекты, находящиеся на орбите вокруг точки Лагранжа L2, – не одно и то же, но с точки зрения ориентации и маневров космических аппаратов задачи решаются сходные).

Разведкой недр Камоалева полетное задание «Чжен Хэ» не ограничивается. После посещения астероида китайский зонд отправится к комете Эльст-Писарро и оттуда тоже доставит образцы пород. Конечно, на Земле эти породы будут представлять исключительно научный интерес. Большая масса нашей планеты и ее плотная атмосфера являются препятствиями, которые в настоящее время делают транспортировку богатств космоса в наш мир непропорционально дорогой. Даже если бы астероиды были сделаны из чистого золота или высокообогащенной урановой руды, овчинка выделки не стоила бы.

Совсем другое дело – снабжение лунных баз и орбитальных станций, поднятых над Землей гораздо выше, чем те сотни километров, на которых доживает свои последние годы МКС. В лунном грунте почти нет металлов, не обнаружено воды и других ценных веществ. А вот на астероидах всего этого в достатке. По мере развития группировки зондов-бурильщиков (видимо, и захватчиков-транспортировщиков) доставка сырья с Камоалева, Аполлонов и комет на внеземные форпосты человечества станет делом относительно недорогим и рутинным.

Когда новая космическая инфраструктура станет достаточно сложной и разветвленной, она потребует присутствия человека. Какими бы совершенными ни были современные автоматические зонды, их длительная и массовая эксплуатация потребует проверок и ремонта. А в этом деле людям пока что равных нет. Телескоп «Хаббл» чинили американские астронавты, а не дистанционно управляемые механизмы. Да и МКС давно бы захирела и превратилась в неуправляемый кусок железа без постоянной работы экипажей. Роботы – дело хорошее, но пока homosapiens их превосходит в обслуживании сложного оборудования. Тот же Илон Маск может сколько угодно доказывать, что будущее – за беспилотными автомобилями, но готовит к старту в космос пилотируемый корабль.

Именно поэтому во многих странах мира ускорены работы сначала по отправке человека на Луну, а затем и на Марс. Что делать человеку на Красной планете, пока непонятно, но очевидно, что полет к ней – прекрасный полигон для отработки всех передовых технологий освоения внеземелья.

О китайской космической программе и ее ближайших целях известно лишь то, что в Пекине сочли нужным сообщить широкой общественности. В частности, «горнорудную» миссию «Чжен Хэ» официально подтвердил заместитель руководителя лунной программы (заметим, лунной!) КНР Лю Цзичжун. Кроме того, о запуске собственного аппарата на Марс уже в 2022 году сообщило англоязычное издание The Global Times, считающееся полуформальным рупором КПК. Как это часто бывает с новостями из Поднебесной, все узнали о строительстве «красного марсохода» лишь тогда, когда он был практически готов.

Зато о происходящем вокруг космических программ США (как и в 1960–1970 годах) мир узнает из открытых сообщений СМИ. Главным средством массовой информации Соединенных Штатов, как известно, является Twitter Дональда Трампа. В начале июня 2019 года он немало удивил общественность, написав в своем микроблоге: «За все те деньги, которые мы тратим на НАСА, агентство не должно говорить о полете на Луну – мы сделали это 50 лет назад. Они должны быть сосредоточены на гораздо более важных вещах, которые мы делаем, включая Марс (частью которого является Луна), оборону и науку!».

Из слов Трампа можно сделать как минимум два вывода. Во-первых, новая лунная программа США совмещена с марсианской (как китайская лунная программа – с астероидной). Во-вторых, помимо чисто научных целей, американцы всерьез озабочены военной составляющей освоения космоса. 

Первое время твит 45-го президента США считали очередной выходкой эксцентричного лидера. Телеканал ABCNews даже рассказал своим зрителям о том, что космическое агентство после слов хозяина Белого дома оказалось «в замешательстве». Мол, ну что такое опять? Куда лететь-то? Но вскоре ученые, инженеры и бюрократы НАСА получили вполне официальный разнос от вице-президента Майка Пенса, которому поручено курировать отрасль.

В менеджменте агентства были проведены очередные кадровые перестановки. Кроме того, 11 июля Пенс заявил: «Если НАСА в настоящее время не в состоянии высадить американских астронавтов на Луну в течение пяти лет, нам следует изменить что-то в организации, а не в цели миссии». Сигнал послан предельно жесткий. Далее расслабленность и прожектерство космического ведомства Белый дом терпеть не намерен. Сроки жесткие. Сделайте или уходите.

И если так подгоняют руководство НАСА, можно представить, под каким давлением работают специалисты китайского агентства. Всех торопят по понятной причине – новая космическая гонка началась и отстать в ней недопустимо.

Первое соревнование во внеземелье велось в основном по соображениям престижа. Москва и Вашингтон пытались доказать всему миру преимущества своей политической системы. Само собой, думали и о военной составляющей, но по чисто технологическим причинам она была все же не основной (если не считать самого начального этапа, в ходе которого у сверхдержав появились баллистические ракеты).

Человечество дотянулось до Луны полвека назад на пределе своих возможностей. Сегодня оно вполне готово к планомерному освоению ближайшего космоса как в военных, так и в гражданских целях. Кто-то скажет, что это опасно и бессмысленно. Но ведь когда-то так говорили и об Арктике, а сегодня здесь идет нешуточная конкуренция оборонных и коммерческих проектов. Ни у кого уже нет сомнений в полезности этого сурового региона. Выигрывают те страны, у кого уже есть серийная техника, разработанная для него.

Серийную технику для ближайшего внеземелья начинают строить и испытывать прямо на наших глазах. Результаты этой работы проявятся через пару десятилетий, но очевидно, что среди лидеров развития в XXI веке не будет государств, которые не смогли преуспеть в практическом освоении космоса. Во всяком случае, так думают те правительства, которые начали весьма активно подгонять свои профильные ведомства и компании.

Хотелось бы надеяться, что то же самое происходит и в России. Просто в обстановке строжайшей секретности.