Владимир Зеленский – не «комик», не «актер», он человек разнообразных компетенций и жизненного опыта. Точно так же, как другие успешные в политике люди типа Рейгана, которых «актерами» называют только и ради упрощения. Именно разнообразие жизненного опыта и компетенций делает человека хорошим политиком.

Его «актерство» – это способ добиться национальной известности (раз) и приобрести навыки выступлений перед разнообразными аудиториями (два). А вовсе не объяснение его успеха. Он умеет вести себя свободно. Другой востребованный типаж «популистской волны» – преподаватель гуманитарных наук в европейском университете – обладает в среднем теми же навыками, только «известности» он достигает за счет написанной книги и позиции публичного эксперта, а уверенность ему дает опыт преподавания. 

Успех Зеленского не означает превращение политики в шоу-бизнес, как успехи преподавателей гуманитарных наук от Голландии до Португалии не означали превращение политики в кафедру философии. Мэром Мадрида была избрана лидер движения «судьи за демократию» 70-летняя Кармена. Известность и «человеческий облик» – полвека правозащиты, умение выступать – судейский опыт. Все.

Сегодня любой человек, сочетающий в себе три эти истории – «человеческий облик» (сюда бы я отдельным подпунктом добавил разнообразие жизненного опыта, которое дает разнообразие «валентностей» к разным аудиториям), известность, умение держаться на людях, имеет предпочтительные шансы на избрание где угодно и куда угодно.

И наоборот – опыт, связанный только и исключительно с политикой и/или госадминистрированием, закрытость, страх перед публикой, представление о власти/госадминистрировании как о профессии, которой можно посвятить всю жизнь, в которой карьера делается линейно от помощника депутата, грубо говоря, к главе палаты и от клерка к министру – осложняет успех. Как в старой шутке – про то, что у нас в дурдоме сейчас так, кто первый халат надевает, те и врачи.

Теперь к нашим осинам. Так называемые технократы, которых так самозабвенно оплевывают отдельные московские политологи, и есть в настоящее время те самые «новые политики». Разнообразие жизненного опыта, компетенций, открытость (тут у кого-то больше, у кого-то меньше – ну, это понятно, они же разные все), способность к эмпатии (опять же у кого-то больше, у кого-то меньше – один при виде несправедливости пускает слезу, другой матерится не хуже мастера цеха с Северстали, третий увольняет сплеча). У них множество увлечений – от участия в марафонах «Айронмен» до музыки, они – живые. (Сегодня, кстати, те же люди, что высмеивали амурского губернатора Василия Орлова за исполнение под гитару песен собственного сочинения, ставят Зеленского в пример всей нашей «скучной» системе.) Это не просто ощущение, социология тоже подтверждает, что люди чаще считают новых «своими» – умными, активными, знающими проблемы региона, работающими в интересах большинства.

Проблема экспертов в том, что они у нас смотрят на официозные фото, на которых все одинаковые «у нас», и на бодрый агитпродукт «у них». Точки сопоставления неадекватные и направлены на демонстрацию одного-единственного тезиса – «Россия не готова двигаться в русле мировых тенденций». А Россия двигалась в русле этой тенденции, пусть и своим путем, путем воспитания «живого» внутри бюрократической среды, а не противопоставления «живых» «мертвым».

Есть куда стремиться? Безусловно. Коммуникативные навыки у многих нуждаются в дополнительном развитии, бюрократия легко обволакивает людей, чья эмпатия не естественная, а приобретенная, их можно уговорить снизить уровень и интенсивность общения с людьми в пользу «более важных дел».

Вообще проблем, безусловно, достаточно, но – специфика поколения – у каждого они свои, каждый – личность со своим опытом, сильными и слабыми сторонами, и не похож на соседа. Так что есть у нас и Зеленские, и Трампы, и Сальвини, и даже Макроны с Беппе Грилло.

Источник: Блог Глеба Кузнецова